Дилара случайно узнала, когда взяла его телефон. Теперь они тихо ссорятся.
— Леха ненавидит, когда ему приказывают и лезут в его переписки, — сказал Дима задумчиво. — Типа это его личная жизнь. Никто не имеет права нарушать его границы. Так что твоя подружка неправильно поступила.
— А он правильно поступает, переписываясь с бывшей? — немного обиделась я. — Она ему полуобнаженные фотки присылает. По-твоему, это нормально?
— Это его дело. Дилара должна доверять Лехе. Вот и все. Ты ведь мне доверяешь? — вдруг спросил Дима.
— Доверяю, — растерянно ответила я. — А что, ты тоже с бывшими переписываешься?
— Нет. Для чего? Я не открываю от них сообщения.
— А что, они тебе тоже пишут?! — воскликнула я. Для меня это было открытием.
— Бывает. Но мне плевать. Я же с тобой, синеглазая. — Дима остановился, чтобы коротко поцеловать меня. Всего лишь несколько секунд прикосновений, всего лишь одно слово — «синеглазая» — а ощущение, будто от счастья за спиной растут крылья.
— Дим, узнай у Лехи, что у него с бывшей? Вдруг между ними что-то есть? — на всякий случай спросила я. Хотелось успокоить Дилару.
— Ок. Но он не из тех, кто мутит с двумя девчонками сразу. Говорю же, пусть твоя подружка учиться доверять. И да, передай ей, чтобы больше не лазила в его телефоне. Его это бесит.
— Хорошо, — кивнула я. — Дим, поедем вечером куда-нибудь?
— Я поздно вернусь. У меня подработка опять, — вздохнув, признался он. — Только не обижайся.
— Я все понимаю, ты что, — улыбнулась я. — Но лучше бы ты занимался уроками, чем работой. Вот правда.
— Бабки нужны, — коротко ответил Дима.
— Из-за машины, которую ты поцарапал?
— Дим, у меня есть деньги, давай я тебе их отдам? — искренне предложила я. Часть денег, которые я получала после смерти папы, я откладывала в копилку.
Он искоса глянул на меня. Злится. Не хочет быть должным. Слишком уж это задевает его гордость.
— Не говори больше об этом, поняла? Я и сам заработать могу.
Ну вот, включил режим «яжмужик». «Я все могу сделать сам».
— Хорошо. Главное, не участвуй больше в своих дурацких гонках. Я очень переживаю за тебя.
Дима ничего мне не ответил. Просто повел дальше.
Во дворе почти час мы стояли в обнимку и целовались. Отчима все еще не было в городе, и, честно сказать, это окрыляло. Может быть, мама все-таки поймет, с кем связалась, и бросит его? И мы снова будем жить вдвоем… Но нет, это всего лишь мечты. Мама не сможет. Не решится.
Мы с Димой с трудом смогли попрощаться и разошлись по своим домам.