Устроила разбирательства. Всю школу на уши поставила. Хочет пообщаться с твоим отцом.
— Твою мать, — громко сказал Барсов и добавил еще пару непечатных фраз, но уже тихо, только Ольга Владимировна все равно услышала.
— Барсов, ты настолько меня не уважаешь, что при мне, учительнице, так выражаешься? — спросила она. Я думала, он начнет дерзить, как делал это раньше, но он покачал головой.
— Уважаю. Извините, не подумал.
Ольга Владимировна на мгновение прикрыла глаза.
— Отцу звонили? — каким-то странным голосом спросил он.
— Пришлось. Класс! — крикнула учительница. — Аркадий Иванович сейчас вернется! Ведите себя хорошо!
На этом они ушли. А мне почему-то стало страшно за Барсова.
После физкультуры, которая прошла сумбурно, мы пошли на математику, однако Ольга Владимировна просто дала нам проверочную, после чего покинула кабинет, оставив одних. Видимо, разборки в кабинете директора продолжались, а меня не покидало чувство тревоги. А вдруг Барсова выгонят из школы? Странно, но сидеть одной вдруг стало неуютно.
Классная руководительница вернулась посредине урока, и, хотя ее лицо было спокойно, мне казалось, что в ее глазах тревога. Она раздала нам задания для самостоятельной работы, сказала, что оценки пойдут в журнал, после чего снова ушла.
Уравнения я решила быстро. Дилара, кажется, тоже. Когда я повернулась к ней, она решала уравнения за Леху, который в это время играл в телефоне. Надо же, она и правда стала помогать ему. Правда, с математикой у нее не очень, но зато сколько рвения!
Ольга Владимировна вернулась за несколько минут до звонка и собрала листочки. Одноклассники быстро покинули кабинет, однако я задержалась.
— Извините, а можно узнать? — спросила я, остановившись рядом с учительским столом.
— Что такое, Полина? — подняла на меня глаза классная.
— А что с Барсовым? Он не придет на занятия?
— Он сейчас в кабинете директора, — сказала Ольга Владимировна. –
— Его выгонят? — прямо спросила я.
— Этот вопрос решается, — не стала отвечать классная и вдруг пригляделась к моему лицу: — Полина. А что у тебя с губой?
— Да так, ничего особенного.
— Если тебя кто-то обижает, скажи мне, хорошо? — вдруг тепло улыбнулась Ольга Владимировна. — Мы вместе обязательно решим эту проблему.
— У меня нет проблем, но спасибо, — ответила я, отведя взгляд. Даже если бы Барс не помог мне, и я все так же оставалась бы «крысой», я бы не стала говорить об этом взрослым. Слишком больно и стыдно рассказывать об этом. О таких вещах молчат.
— Все хорошо? Класс нравится тебе? — продолжила Ольга Владимировна.
— Да, все замечательно, — соврала я.
Мы вышли из кабинета. Учительница стремительным шагом направилась к лестнице. А я подошла к Диларе, которая ждала меня.