Барсов с дружками не узнали правду. Пора рассказать об этом Лайму.
Власов достал телефон и набрал его.
— Привет, — сказал он, оглядываясь по сторонам — нет ли никого рядом? — Я пришел в школу и сделал все так, как мы договаривались. Типа, хотел вместе со своей девушкой развести Туманову на бабки. О тебе он ничего не знает.
— Отлично, — сухо ответил Лайм. Он всегда говорил так, будто Егор был не достоен общения с ним. Типа низшее существо. Власова это бесило, но он молчал. Ничего, через пару лет он будет выше этого придурка по статусу. И богаче.
— Переводи деньги. Прямо сейчас.
— Переведу. Я выполняю свои условия сделки.
Не прощаясь, Лайм бросил трубку, но спустя минуту на счет Власова пришли обещанные деньги. Сумма грела его.
Он вздрогнул, когда сзади его кто-то обнял. И поспешил спрятать телефон.
Позади стояла Лика Малиновская, которая бесшумно подкралась к нему.
— Как все прошло? — спросила она.
— Думал, Барс меня прибьет, — ответил Власов. — Сильный, урод. Но ничего. Я сказал ему, что мы просто хотели отжать у новенькой бабки.
— Он тебя не тронул, — удивленно сказала Малиновская.
— Ага. Велел свалить из школы и не попадаться ему на глаза.
— И что, ты уйдешь? — нахмурилась девушка.
— Ага. Мне неприятности не нужны, — криво улыбнулся Власов.
— Как все это бесит! С появлением новенькой одни неприятности, — прошипела Малиновская. — Эй, а ты все равно будешь моим парнем, понял?
О том, что Лайм заплатил ему сверху еще большую сумму, Власов умолчал. Делиться своими деньгами он не хотел. Даже с той, которая была его девушкой.
— Барсик хороший мальчик, — сказала я весело, когда после уроков мы с Димой шли к моему репетитору по английскому. Он часто провожал меня куда-нибудь и всегда при этом держал за руку. И я — тоже, как и всегда, — чувствовала себя защищенной и окруженной незримой нежностью.
Настроение у меня было хорошим, несмотря на появление Власова. Сначала я подумала, что Дима все-таки ударил Егора — потому что его костяшки были сбитыми до крови. Но оказалось, что он просто ударил по стене. А Власова не тронул — сдержал свой гнев. Это обрадовало меня. Я никогда не поддерживала насилие и не хотела, чтобы Дима считал, что с его помощью можно решить все проблемы.
— С чего взяла, что я хороший? — хмыкнул он. К тому, что я называла его Барсиком, Дима привык. Даже почти не ругался. Только глаза закатывал.
— Не стал применять насилие. Это важно, — серьезно ответила я. — Ты действительно хороший.