Автор
Ночью ты искал спасение в тихом уголке за городом, где звезды ярче и воздух свежее. Вдруг понимаешь, что это место стало твоей заповедной гаванью, где можно быть собой без страха. Каждый сюжетный поворот в твоей жизни становится точкой отсчета для нового шарма и самопознания....
— А мне комплимента видимо не достанется, — ворчу я, плюхая на свободный стул пляжный баул размером со здоровенную подушку.
— Достанется конечно, — ухмыляется он в ответ. — Твой сарафан очень вместительный и практичный.
На это я незаметно демонстрирую ему средний палец. Конечно, с его-то смуглой кожей ему можно не бояться отправиться в местный госпиталь с ожогами.
— Я спросил, сосиски у них в меню есть, — Роберт доверительно наклоняется к дочке. — Макарон нет, но они предложили заменить их на картошку фри.
От такой пронырливости у меня даже рот непроизвольно распахивается. Нашел таки способ заработать себе быстрые баллы! Спросить у пятилетнего ребенка, не против ли он картошки фри. Еще бы поинтересовался, не рассматривает ли она возможность завести дома пони.
— Да! Я буду картошку! — весело взвизгивает Поля. — И сырный соус!
— Только не рассчитывай, что будешь есть ее каждый день, — осекаю ее я, смиряясь с ролью плохого полицейского. — Ты ведь помнишь, что она вредная.
И взглядом пригвождаю Роберта к стулу. Даже не пытайся пробиться в дамки, портя моей дочери пищеварение.
Наш первый курортный обед проходит на удивление хорошо. Пока Полина уминает картошку, щедро окуная ее в соус, Роберт рассказывает об возможных развлечениях. Мы можем поехать на королевское сафари, сходить в дельфинарий, навестить аквапарк, либо выйти в море на яхте.
Я пытаюсь стойко держать оборону, но с каждым произнесенным словом она разваливается как многоэтажка из программы «Молодая семья», попавшая в эпицентр землетрясения.
— У вас есть время подумать до вечера, — резюмирует Роберт и хитро мне подмигивает.
15
К бассейну мы идем гуськом: впереди с легкостью припрыгивает Полина, которой ничуть не мешают две порции картошки фри, находящиеся у нее в животе; следом, приложив телефон у уху, вышагивает Роберт, а звено замыкаю я — объевшаяся няня в нелепом сарафане, то и дело таращащаяся на его мускулистые икры.
