— Фу — вырвалось у Эм, — но твой вард посимпатичнее будет.
— Посимпатичнее, но это не значит, что я по первому зову должна за ним бежать.
Вот присмотрюсь ещё немного, потом решать буду. Но пока он только командует и ведёт себя, как солдафон надутый.
Эм только посмеялась.
Вернувшись в дом, я позавтракала, надела отцовские штаны и рубашку и отправилась в Сердвинки на заработки. Бредя в окружении мужиков с нашей деревни. ловила на себе любопытные взгляды, но расспросы начать и выведать, откуда я взялся, никто не решился. Оно и хорошо, голос-то у меня как был женский, так и остался: на него иллюзию не накинешь. Это замечательно, что с вардом я практически не разговаривала, а так легко опознать под маской сестры мог.
Войдя в огромные центральные ворота, изумилась работоспособностью северян.
За те несколько дней, что я сюда не приходила, они успели обнести деревню забором из высокого частокола. Вырыли как минимум, еще один колодец во всяком случае, рядом с вратами его точно раньше не было. А сейчас в поте лица мужчины таскали огромные строганные брёвна, которые используются в строительстве домов.
Разинув рот, я прошлась вдоль построенных аккуратных низких заборчиков, заглянула во дворики. Красота. Даже будки для собак и то с резными крышами.
— Кто на заработки пришёл, все сюда, — раздался крик со стороны ворот.
Быстренько подобравшись и отодвинув любопытство на второй план, поспешила к созывающему.
— Сегодня нужно рыть общие могилы. Покойников много везут из тумана. Кто слаб желудком ни тратьте наше время, — прогорланил северянин.
— А платят как? — крикнул один из местных мужиков.
— В двойном размере, — уверенно ответил созывало.
Я мысленно прикинула, что такого количества еды нам хватит на пару дней. Так что предложенная работа мне приглянулась.
Всё оставшееся утро мы рыли глубокие ямы, по шесть — семь человек на одну общую могилу. В полдень нам раздали хлеб и молоко. Покрутившись, я спрятала не доеденное за шиворот и снова взялась за лопату. От работы меня отвлёк скрип колёс телеги. Разогнувшись, я взглянула на её груз и ужаснулась. Телега доверху была нагружена телами в разной степени свежести, и их сопровождал просто чудовищный запах разложения.
Съеденный кусок хлеба тут же попросился обратно, но рвотный позыв я сдержала.
Позади телеги обнаружились и варды. Рядом с ним бегала свора псов, в нетерпении виляя хвостами. На их фоне выгодно выделялся огромный чёрный волк варда Вульфрика.
