Автор
В коридорах больницы Антон шел по кругу, натягивая одежду. Здесь и там размещены плакаты: медицинские абляторные процедуры на виду у пациентов. А Леваков снова скупо хмыкнул и вздохнул, словно дождь из-за двери несется прямо в его душу. Внезапная реакция Мариной на очередной диагноз — это лишь начало, но Антон чувствует, что уже знает эту сцену слишком хорошо....
– Ого, да у нас сегодня какой-то особый вечер?
– Да, вечер чистосердечных, – Люков плюхнулся на стул, скрестив руки на груди и широко расставив ноги. Вид у него был не сказать, что мрачный, но и не веселый.
– Ты убил человека, и нужно срочно переезжать на Север? – постаралась пошутить я, хотя шутка получилась немного черной и совсем не смешной.
– Вполне мог бы, очищать вселенную от бесполезного мусора довольно благородное занятие. Однако сейчас не об этом.
– А о чем? – я осторожно присела на край стула, всматриваясь в серые, как осенний туман, глаза.
– О тебе и… о том, чего я не знаю.
– Ты о… – я сжала руки, положив их на стол. – Ты о Вите?
– Вите? – переспросил он. И тут я поняла, что призналась в том, в чем необязательно было сознаваться.
– О а чем тогда?
– Шестаков? – Дима выгнул бровь, наклоняясь ко мне. Запах его древесного парфюма, словно невидимая сеть, окутал меня. – Вы снова общаетесь?
– Ну… – помялась я, все еще сомневаясь.
– Рита, блин. Ты серьезно? Снова общаешься с этим придурком? – Димка выскочил из-за стола и встал у окна, засунув руки в карманы серых спортивок. Его широкая спина закрывала бо́льшую часть обзора на наш двор, а еще ясно давала понять – парень злится.
– Не совсем так.
– Хочешь второй раз на одни и те же грабли? – спросил он, не поворачиваясь.
– Витя ничего не знал да и…
– Он тебе не доверял! Разве этого мало? Послушай, – Дима вдруг сорвался с места и оказался напротив меня.
– Но ведь… – прошептала я. – У всего есть причина.
– У предательства нет причин. Ты либо верен человеку до конца, либо ваши пути навсегда расходятся.
– Ты слишком категоричен, – постаралась улыбнуться, прикусив кончик губы. Дима выпустил мои руки и поднялся.
– Это ты слишком доверчивая. Если он второй раз тебя сломает, я тебя не склею, понимаешь?
Я ничего не ответила, потому что прекрасно понимала, к чему ведет Люков. Мне было безумно сложно научиться принимать мир без Вити. Я умирала от обиды и пожирающей тоски, которая каждый день рвалась наружу.
