Ночь окутана густым мховым туманом, скрывающим все пути. Мужчина, изможденный и искалечен, борется за каждое дыхание среди этого таинственного облака. Его сердце бешено колотится в груди под холодной сталью меча, но он продолжает шептать ускользающую надежду, искавшую его сквозь туман как призрак....
Похоже, «Твой шёпот в Тумане» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не выдержав, я повернулась к нему и тут же напоролась на внимательный взгляд мягких светло-карих глаз.
— Можно? — выдохнула я.
— Я ожидал, что об этом попросишь ты, а не сестра, — он внимательно следил за мной, словно пытался в чём-то уличить.
— Я хотела чуть позже спросить, но Эм опередила. У нас действительно не во что одеться. Мне нравятся ваши туники, но я не могу ходить по улице только в них. Это дико неприлично.
Вульфрик придирчиво меня осмотрел.
— Да уж, лучше мои рубашки, чем ваши перештопанные платья, которыми впору полы мыть, — проворчал Вульфрик.
— У нас приличная одежда, — выдохнула я.
— Тряпьё, которое и сжечь не жалко, — снова отмахнулся он. — Вы в них, что оборванки.
Обида змеёй скользнула в душу и ужалила прямо в сердце. Резко отодвинув стул, я встала и молча, вышла. Уже в гостиной услышала тихий голос Талии.
— Зачем вы так? — шепча, спросила она, видимо у Вульфрика. — К нам же уже три года обозы с товаром не приходят. Она, как и все мы, старалась сохранить вещи в лучшем виде. Да, Эмбер у неё самая нарядная в деревне.
— Талия, — голос Кьерна звучал жёстко, — в вардом так не разговаривают.
— А я не с вардом говорю, — упрямо шепнула подруга, — а с мужем родного мне человека, которого всегда считала своей семьёй. Вы не знаете Томму, вард, она достойная женщина и вы обидели её незаслуженно.
— Чем я обидел? Я же сказал правду, — голос Вульфрика звучал растерянным. Я приостановилась и вслушалась.
Мои туники новее и крепче. Ваши тряпки — только печь топить. И это правда!"
"— Некоторую правду, вард, лучше не озвучивать, — Талия говорила тихо, но я чётко различала её слова, — У Томмы сложный характер: она не прощает себе слабости, старается, чтобы у её близких всё было самое лучшее. А вы ткнули её носом в штопаное платье.
— Я не понимаю, — Вульфрик, казалось, тихо закипал, — что я должен был сказать, что у вас самые модные наряды?!
— А зачем было, вообще, что-то говорить?! — голосок Эмбер звенел от негодования.
— Эмбер, — прорычал мой северянин.
— Вульфрик, — ещё более сердито оборвал его вард Сай, — не повышай на девочку голоса!
— И вообще, нормальные у нас платья, — смело продолжила сестра. — Да не новые и краска уже с ткани сошла, но они ещё вполне пригодные.
