Автор
В гостиной Юля зовет детей, где уже собирается многочисленная компания гостей. Но никто не обращает внимания на празднующих — кроме непоседливой Амины Гроссо, которая играет в инсценированном сражении с аниматорами. Каждый вздох наполнен радостью и свободой души.
А удостоверившись, что Павел забрал ребятню с собой и нас не могут подслушать, поднимаю тему, которая не дает покоя.
— Давид, может, мне стоит поговорить с Владом?
— Зачем? — следует резкий вопрос.
— Чтобы все выяснить про его странный поступок. Мы же с ним встречались, он делал мне предложение… — хмурю брови. — Он не мог так со мной поступить.
— Мог, Юля. И мой ответ на твою просьбу — нет. Однозначное НЕТ, — обрубает все разговоры. — Самое лучшее, что ты можешь сделать, это дать мне и парням во всем разобраться.
Открываю рот.
И закрываю.
Особо и возразить нечего.
Сердита ли на Цикала я из-за его резких слов?
Злюсь?
Нет.
Отчетливо понимаю, что нет. Нисколько.
Не мой это уровень возможностей — бодаться с бандитами. А Зубков явно им является. Не стал бы так Давид переживать и срываться, если бы было что-то рядовое.
Слава богу, что Цикал появился в моей жизни именно сейчас и готов помочь.
Одна бы я… ох, лучше даже не думать…
— А вообще, я жутко голодный, Юль.
— Конечно, у нас и борщ есть, и драники с сыром, — всплескиваю руками и дергаюсь в сторону кухни.
— Отлично. Тогда я мыть руки и скоро буду, — Давид, будто в порядке вещей, легко целует в щеку и спокойно уходит.
Я же еще несколько секунд осоловело хлопаю глазами, а потом срываюсь с места.
Глава 32
ДАВИД"
"Неделя пролетает, как один день.
Все относительно спокойно, но ни я, ни парни не верим в такую благодать и ждем, что Зубков непременно себя покажет.
Еще в воскресенье Иван вместе парой спецов, как я и просил, наведывается в салон и изымает всё то, что не имеет отношения к Юле. Насчет порошка мы оказываемся правы. Никакое это не моющее средство. А дрянь, которая при определенных обстоятельствах может не только испортить репутацию владелице заведения, но и подвести ее под статью.
Спецоперацию проводим ближе к ночи, уже после закрытия «Примы», чтобы служащие, как и раньше, пребывали в счастливом неведении.
Зубков скорее всего настолько уверен в себе и в том, что у него все под контролем, что действует нагло и открыто.
Что ж, вот и получит по носу, когда придет забирать из «тайника» свой товар, а увидит лишь записку с номером телефона.
