Автор
В гостиной Юля зовет детей, где уже собирается многочисленная компания гостей. Но никто не обращает внимания на празднующих — кроме непоседливой Амины Гроссо, которая играет в инсценированном сражении с аниматорами. Каждый вздох наполнен радостью и свободой души.
"
"Маленькая пушинка почти ничего не весит, и я с удовольствием таскал бы ее так и дальше, изъяви она желание, потому что понимание, что я — отец, есть и чёткое, а вот ощущений и тактильности еще не хватает.
Пока ехали в машине, дочка успела задремать, но стоило транспорту остановиться, как распахнула глазенки.
— О боже, наконец-то, — Юля почти бегом вылетает из кухни, подхватывает Амину на руки и, стискивая ее в объятиях, целует, целует, целует.
Вновь ожидаю слез счастья, радости, облегчения, но каким-то чудом этого не происходит.
Сказать, что обалдеваю, нет, не скажу. А вот кайфую по полной. Прижимаю к себе худенькие тела и ощущаю тепло и умиротворение в сердце. Оба моих сокровища рядом со мной, живые, здоровые, довольные.
— Я кушать хочу, — выпаливает кудряшка, словно подслушав мои мысли.
Хмыкаю и перевожу взгляд на старшую из двух красоток.
Интересно, она здесь освоилась или просто все два с половиной часа сидела, забившись в угол, и, глядя в одну точку, переживала?
По поводу еды не циклюсь, заказать доставку любых продуктов или уже готовых блюд — дело пяти минут. Привезут и быстро.
Больше волнует сама Юля. Мне бы очень хотелось, чтобы она смогла адаптироваться в этом доме, а не ассоциировала его с прошлым, не чувствовала себя в нем чужой и лишней.
Хочу ее открытости, искрометных шуток и подначек, колких ответов, признаний, всего, чем она готова делиться, не обдумывая каждое слово.
— А ужин на столе, — приятно удивляет Котова, взмахивая рукой в сторону столовой, а потом смотрит на меня и вдруг начинает стесняться. — Прости, я похозяйничала… немного.
Моя блондиночка переступает с ноги на ногу, опускает ресницы, пряча голубые глазища, и потирает ладошки о джинсы, на щеках же во всю расцветают алые маки.
Боже, какая же она красивая в этот момент, нежная, домашняя, теплая.
Остынь, Дав, не гони коней, приказываю самому себе.
Ловлю взгляд своей девочки и, ухмыляясь, качаю головой, безмолвно говоря: «А вот это совсем лишнее, маленькая».
— Командуй, хозяюшка, — произношу уже в слух.
— Но…
— Ты обещала, — подмигиваю, не принимая возражений.
