Автор
Марго, я настаиваю на девичнике, — тараторит в трубку моя подруга Аля. Она уже выкупила билеты домой. Я же не могу никуда ехать, свадьба через месяц, отпуск забыта. В этот раз Марго предпочла бы провести день без лишних шумов и радостей.
Интересно, хоть кто-нибудь показывает свою жизнь такой, какой она является в реальности? Или все довольствуются только ее красивой частью?
— Здравствуй, Марго, — на соседний стул опускается мужская фигура. — Рад тебя видеть.
— Привет! Не могу сказать того же, — я отрываюсь от мобильного.
Мое сердце подпрыгивает в груди, мгновенно ускоряясь. Непрошенные эмоции бьют через край, дрожь, покрывающая мое тело, оказывается чересчур явной. Градов находится слишком близко, и я оказываюсь к этому совсем не готова.
— Еще бы, — усмехается он.
— Отлично, — выдавливаю из себя."
"— Рад за тебя. Выглядишь шикарно, — его взгляд на мгновение цепляется за мои губы, а после плавно опускается к зоне декольте, которая, к счастью, в этом платье довольно сдержанная.
— Что тебе нужно? — спрашиваю в лоб.
— Решил узнать, как ты, — улыбается он, и от этой улыбки я невольно задерживаю дыхание. — Пока Аля флиртует с моим партнером.
Я отвожу взгляд от почти черных глаз Градова в поисках своей подруги, и мгновенно нахожу ее.
— Давно мы не виделись, Марго, — в голосе Матвея слышатся не знакомые мне нотки.
— Три года, — не подумав, говорю я. — Какими судьбами здесь?
— Кое-какие дела в столице. Прилетел на пару недель, — отвечает он, продолжая пристально смотреть на меня. — За это время здесь многое изменилось.
— Да, это так, — пожимаю плечами.
Разговор не клеится. Впрочем, о чем нам говорить с Градовым? О том, как он бросил меня, а я до сих пор что-то чувствую к нему…
— Как твоя трудовая деятельность? — летит очередной вопрос.
— Все отлично. Тружусь в поте лица, — возвращаю стеклянный сосуд обратно. — Как твоя жизнь?
Продемонстрировать полное безразличие мне не удается, поскольку Градов следит за каждым моим движением. То, как я нервно убираю выбившуюся прядь волос за ухо или изредка постукиваю ногой под столом, вызывают у Матвея лишь фирменную ухмылку.
– Сейчас уже лучше, – он делает многозначительную паузу. От его слов я ощущаю, как мои на моих щеках выступает предательский румянец, будто они адресованы нашей случайной встрече. – Дела пошли в гору, а я наконец-то смог вернуться в столицу.
– А раньше с этим были трудности? – удивляюсь я.
– Еще какие.
