Дамир ошеломленно взглянул на разъяренного коллегу за столом. Его яростный рык наполнял весь кабинет, и казалось, что любой миг может стать той точкой отсчёта, когда всё вокруг рухнет в прах. Подобравшись к окну, Дамир увидел город в ожидании бури — сгущающихся сумерек и напряжённых взглядов прохожих, словно предчувствуя непредсказуемость будущего....
– Дамир! – возмущенно воскликнула девушка, но было уже поздно – мужчина навис над ней, всем своим видом показывая, что расправа за самовольство близка.
– Что, милая? Дальше мне будешь показывать, что делать? А?
Он склонил голову и слизнул дорожку из вина на её груди. Аня ахнула. Сочетание прохладного напитка и теплого языка ошеломляло. Тело выгнулось, бесстыдно прося продолжение.
– Нравится?
– Оооочень…
– А так?
Он всё же надавил на клитор, и с губ Ани сорвался тоненький писк.
– Дамир… бокал возьми…
– Нет уж, ведьмочка… Хотя давай.
Не успела Аня вздохнуть с облегчением от того, что он взял бокал, который она не знала, куда деть, как снова запищала от очередной выходки Дамира. Остатки вина он вылил ей на грудь, и теперь вино мелкими ручейками растекалось по ложбинке и животу.
– Дамир, ты что творишь?!
– Не шуми, девочка-Аня! Видишь, у меня ещё бокал есть? Знаешь, куда я его вылью в противном случае?
Аня мгновенно притихла, втянув в себя живот. Вино безумно щекотало кожу.
– Знаю…
– Умничка.
– Будет жечь.
– Поэтому и не шали. Будь послушной девочкой.
Аня прикрыла глаза, едва сдерживая довольную улыбку. Подоминировала и хватит.
Но она не возражала…
Он пил вино с её тела. Жадно. И одновременно игрался пальцем с её складочками, распаляя её всё сильнее. В какой-то момент присоединил и второй палец, аккуратно вводя его внутрь. Аня вскинула руки за голову, вцепившись в подушку. Он её растянул, остановился, давая возможность привыкнуть. Раз, два, три… И тогда уже последовал толчок двумя пальцами, вызвавший у Ани прилив крови к бедрам.
Дамир, покончив с вином и непостижимым образом избавившись от своего бокала – Аня не видела куда он его дел – сосредоточился на её груди. Точнее, сосках. Он сжимал их, покусывал, втягивал в себя, даря сладостную боль, сменяющуюся наслаждением. И так по кругу. Снова и снова. Не забывая двигать пальцами между её раскинутых ног.
Аня уже не попискивала, она стонала в голос, металась по подушкам и думала только лишь о том, как кончить.
Мужчина спустился к животу и теперь целовал её лобок. Аня замерла в предвкушении. Она помнила, как кончила от его губ.
