В зале управления компании "Сириус. Рэд. Альянс" свет из-под белоснежных мраморных ступен словно окунал меня в сказочную атмосферу, перед которым моей новой работе казалось маловажным. В то время как я впервые поднималась на высоту и раскладывала свои эскизы для рекламы в папке, моя нервность грациозно переместилась к рукам с документами....
Усыпи бдительность и нанеси удар.
Послышался шум подъезжающей машины, и я бросилась к окну, отодвинула шторку. В этот раз он приехал на джипе. Машина остановилась на парковочном месте возле гаража, но из нее никто не вышел.
— Мне пора уходить. Прости, что ныла тебе.
Уходить не хотелось. Общение с этим человеком заставляло меня быть более уверенной в себе, мне казалось, что он очень сильный и я могу на него положиться. С ним мне не было так страшно."
"— Никогда и ни у кого не проси прощения, Рапунцель…Люди не умеют прощать.
Исчез значок «онлайн», а я так и продолжала смотреть на машину Волина на то как открылась дверца и он сам вышел вместо водителя. Интересно куда он ездил один. Одет в светлый костюм и бирюзовую рубашку. Вблизи она наверняка сделает его глаза еще ярче. Светлые волосы блестят на солнце, и он привычным жестом пригладил их назад. Легко поднялся по лестнице. Я бросилась в душ и заперлась изнутри.
Услышала, как кто-то вошел в комнату. Не кто-то. А точно он.
Я прошла к шкафчику, где висели мои вещи, распахнула его — но там ничего не оказалось.
В эту секунду дверь отворилась и несколько слуг начали заносить в комнату коробки и пакеты. Развешивать и раскладывать вещи. Извлекая их из упаковок.
Обхватив себя руками, я смотрела на совершенно невероятные платья, которых у меня никогда в жизни не было, на блузы, свитера, брюки. Самые разные виды обуви на каблуках и без. На нижнее белье, которое раскладывали по полочкам и во мне нагнеталась злость.
Когда все слуги вышли я обратила внимание на пакет, стоящий на столе. Его явно принесли не сейчас. При мне к столу никто не подходил.
Взяла пакет и вытряхнула с него бархатный белый футляр, открыла и захлопнула снова, не веря своим глазам. Потом опять открыла — на подушечке красовалось ожерелье, серьги и браслет.
