Автор
Маленький загадочный человечек плакал беззвучно, его глаза блестели как стекло. В одиночестве и печали жил он среди людей, но никому не открывая двери своего сердца. Его слезы были хрустальными, исцеляющими для тех, кому давались маленькие шансы на чувства — ведь в них они видели истинное выражение боли и скорби....
— Я тоже… Как бы я хотела, чтобы у меня было другое детство — счастливое, свободное от Нее… Но это наш шанс, Ника! Наконец-то мы дождались момента, когда нас готовы выслушать. Ход за нами. Не будем молчать, не отойдем в сторону, только не сейчас! Сделаем это ради меня, ради тебя, ради Питера и всех остальных. Она должна заплатить за то, что сделала.
Аделина часто дышала и смотрела на меня заплаканными глазами, но я видела железную решимость на ее лице. Она ужасно боялась этого суда. Никто из нас не хотел видеть Маргарет снова.
— Я выступлю свидетельницей. — Я сжала пальцы в кулак, чтобы не было заметно, как они дрожат. В глазах Аделины загорелся мощный свет. — Но пообещай мне одну вещь, — продолжила я, — Ригель ничего не должен знать.
Аделина остановилась и посмотрела на меня. Я не смогла выдержать ее разочарованный и растерянный взгляд. Она надеялась, что Ригель тоже придет на заседание, чтобы морально нас поддержать.
— Это из-за…
— Я не хочу, чтобы он там был, — перебила я жестко.
Я сжала пальцы, и мой взгляд на Аделину впервые в жизни не допускал возражений.
— Он не должен приходить в суд.
В тот судьбоносный день я надела узкие темные брюки и белую шелковую блузку с облегающим серым жилетом.
Все будет хорошо, — прошептал голос Анны.
Аделина, стоявшая рядом с ней, нервно сглотнула. Ее голубые глаза сейчас напоминали зимнее море, нервное, мутное и взволнованное. Бледная, под глазами тени — значит, не только я мучилась бессонницей последние дни. Карл не смог прийти, и ей очень не хватало его сейчас. — Я пойду с вами, сяду среди зрителей, — продолжила Анна. — Нам нужно подождать… О, вот она.
Я повернулась к фигуре, поднимающейся по большой лестнице.
