Автор
Маленький загадочный человечек плакал беззвучно, его глаза блестели как стекло. В одиночестве и печали жил он среди людей, но никому не открывая двери своего сердца. Его слезы были хрустальными, исцеляющими для тех, кому давались маленькие шансы на чувства — ведь в них они видели истинное выражение боли и скорби....
— Не кусай меня, пожалуйста, — умоляла я его, — не кусай!
В результате при помощи второй палки, потому что первая сломалась, мне все-таки удалось его освободить. Фух, с облегчением подумала я и улыбнулась. Шершень немного поползал по земле, приходя в себя, и наконец тяжело взлетел. А я побледнела от страха. Отбросив палку, я побежала, закрыв лицо руками и визжа, как маленький ребенок. Было стыдно, но я себя не контролировала.
Добежав до садовой дорожки, я запнулась о собственную ногу и наверняка расквасила бы нос об плитку, если бы в последний момент меня не поддержали чьи-то руки.
— Эй! — услышала я. — Ты чего?
Я обернулась, все еще цепляясь за обхватившие меня руки, и увидела ошеломленные глаза своего спасителя.
— Лайонел?
Что он делал на заднем дворе?
— Клянусь, — смущенно начал он, — я тебя не преследую.
Он отпустил меня, и я отряхнула грязь с брюк. Лайонел кивнул в сторону дороги:
— Я живу недалеко отсюда, через несколько кварталов… Спокойно шел себе по дороге и услышал, как ты кричишь.
— Ничем. Там было насекомое. — Я поглядела вокруг, чтобы убедиться, что шершня нет рядом. — Просто испугалась.
Лайонел нахмурил брови.
— А разве нельзя убить его, вместо того чтобы кричать?
— Конечно нет. Разве он виноват в том, что я его боюсь?
Теперь пришла моя очередь хмуриться. Лайонел какое-то время удивленно смотрел на меня, потом, опустив глаза на мои босые ноги, сказал:
— Ну, значит, все в порядке?
Я кивнула, и он, похоже, не нашелся, что еще сказать.
"— О’кей, — пробурчал он и уставился на ботинки. Потом вскинул голову, посмотрел на меня и сказал: — Тогда пока.
Когда он повернулся и пошел, я поняла, что даже не поблагодарила его. Лайонел пришел проверить, что со мной случилось, и в результате спас мой нос. Он так добр ко мне.
— Подожди!
Лайонел обернулся. Я подошла и заговорщицким тоном спросила, наклонившись к нему, пожалуй, слишком близко:
— Хочешь фруктового льда?
Он посмотрел на меня несколько растерянно.
— Посреди зимы? — спросил он, и я решительно кивнула.
Он пытливо на меня посмотрел и, когда понял, что я не шучу, ответил:
— А давай!
— Лед на палочке в феврале, — прокомментировал Лайонел, рассматривая свое «зеленое яблоко», пока я с довольным видом покусывала свой брусок.
Мы сидели на бордюре недалеко от дома. Я обожала фруктовый лед.
