Берлин в летнем хаосе оживленных тротуаров Унтер-ден-Линден становится фоном для неожиданного нападения, когда Соня Вербрюгге пытается сохранить спокойствие и присутствие духа. Однако ее мир переворачивается за считанные секунды, заставляя задуматься о том, что страх перед темнотой может быть лишь началом опасностей, к которым мы не готовы....
Келли подошла ближе и громко прочла:
– «С днем рождения, Келли». – Она на мгновение потеряла дар речи. – О, Марк, дорогой! Спасибо!
Значит, он не забыл.
– Знаешь, мне кажется, в дупле что-то есть.
– В дупле?
Келли присмотрелась. В стволе на уровне глаз темнела дыра. Она сунула туда руку и нащупала маленький сверточек. В нем оказалась обтянутая бархатом коробочка.
– Что это?
– Открой.
Келли открыла коробочку и ахнула. В ней лежало платиновое кольцо с громадным изумрудом, окруженным бриллиантами. Келли, не веря глазам, долго смотрела на подарок, прежде чем повернуться и обнять Марка.
– Это слишком щедро.
– Знаешь, если бы ты попросила, я бы подарил тебе луну. Я тебя люблю.
Она прижалась к нему, охваченная неведомым доселе восторгом. И потом сказала то, что, как всегда думала, никогда никому не скажет:
– Я тоже люблю тебя.
– Давай сразу же поженимся, – просиял Марк. – Мы…
– Нет! – ударила она как хлыстом.
Марк удивленно вскинул голову:
– Но почему?
– Мы не можем.
– Келли… ты не веришь в мою любовь?
– Верю.
– И сама любишь меня?
– Да.
– Но не хочешь стать моей женой?
– Хочу, но… но не могу.
– Как это? – растерялся Марк.
И Келли поняла, что она должна рассказать ему о том ужасе, который до сих пор старательно загоняла в глубины подсознания. Она больше не могла молчать, пусть даже после этого они никогда больше не увидятся.
– Я… я не смогу быть тебе настоящей женой.
– О чем ты, Келли?"
"– Марк, мы никогда не сможем быть близки… я имею в виду, в физическом смысле слова. Секс для меня невозможен.
Глядя на равнодушные деревья, она продолжала рассказывать свою трагическую историю единственному человеку, которого сумела полюбить.
– Мне противна сама мысль о сексе. И ничего не могу с собой поделать. Я… я моральный урод. Половина женщины…
Она тяжело дышала, стараясь не заплакать.
Рука Марка легла на ее плечо.
– Прости, что заставил вспомнить, родная. Говорить об этом невозможно, я понимаю.
Келли молчала.
– В браке секс очень важен, – продолжал Марк.
Келли кивнула, кусая губы. Она знала, что еще он скажет.
– Конечно. Я понимаю, что ты не хотел бы…
– Но это далеко не самое главное. Семейная жизнь – это желание постоянно быть рядом с тем, кого любишь. Иметь человека, с которым можно поговорить. Разделить беды и радости.
Келли замерла, боясь поверить тому, что слышит.
– Секс рано или поздно кончается. А вот настоящая любовь – никогда. Я люблю тебя за твое сердце и твою душу.
