Автор
Утро было напряженным и тяжелым, время бежало мимо как белые пузырьки в стакане шампанского. В пробке я потеряла целый час, и теперь у меня почти не оставалось времени до работы. Зазвонивший телефон выдернул меня из своих мыслей: грудь сдавливало жестким руком тайного собеседника....
Не успеваю толком ничего сказать, а уже угрозами сыпят. Что за люди такие?!
– В ментовку с такими вопросами звони. Ещё раз наберёшь этот номер, больше не будет, чем набирать, – грозит и бросает трубку.
– Кажется, Полина не шутила, когда говорила, что её подружки замужем за бандитами, – вздыхает Дима и усаживается на диван, а я кручусь в рабочем кресле Полины.
– Итак, первый вариант отпадает. Что дальше? – задаю вопрос, зевая.
– Надо думать, – устало отвечает друг.
Пока думали, как быть, усталость и переживания этого дня взяли своё, и мы оба отрубились мёртвым сном, пока не раздался какой-то звук.
– Твою мать! – ругается Дима. – Уже утро, – цокает языком, посмотрев на часы.
– Телефон, – говорю сонным голосом, кивая на гаджет друга.
– Галина? – прищуривается Дима, взглянув на экран.
Пока я судорожно пытаюсь вспомнить, кто это, друг отвечает на звонок.
– Слушаю, – говорит и, убрав телефон от уха, ставит на громкую связь.
– Простите, что я вас беспокою, – в голосе женщины искреннее сожаление.
– Да самому бы знать, – тихо проговаривает друг.
– Что, простите? – переспрашивает Галина.
– Ничего, – мотает головой Дима, словно собеседница может его видеть. – Мы сейчас приедем.
Сорвались мы не сразу. Ночка выдалась тяжёлая, и без чашки кофе мы вряд ли сможем ясно мыслить, да и в душ неплохо бы сходить. Так что решаем съездить домой, помыться, переодеться и только после этого приезжаем в больницу.
– Добрый день, – здороваюсь я, заходя в палату к Григорию.
– Добрый, – едва заметно кивает пациент.
– Как самочувствие? – интересуется Дима, присаживаясь на свободный стул рядом с больничной койкой.
– Пойдёт, – отмахивается мужчина.
– Долго же вы «отдыхали», – сдержанно улыбаюсь.
– Заставил нас поволноваться, – говорит Галина, не скрывая свою радость.
– Вы ремонт закончили? – смотрит на Диму, потом на меня бывший владелец ресторана.
– Закончили, остались мелочи и откроемся, – отвечает друг.
– Где Полиночка? Почему не привезли её? – этот вопрос заставляет нас с Димой переглянуться.
Пауза затягивается, и Григорий обеспокоенно ёрзает, пытаясь подняться выше на подушке.
– Всё в порядке? – спрашивает он, явно заметив наше замешательство.
Ну вот что скажешь старику, который пробыл в коме месяц? Мы оба знаем, как он дорожит Полиной, и волновать его сейчас было бы тупой ошибкой.
