Автор
Утро было напряженным и тяжелым, время бежало мимо как белые пузырьки в стакане шампанского. В пробке я потеряла целый час, и теперь у меня почти не оставалось времени до работы. Зазвонивший телефон выдернул меня из своих мыслей: грудь сдавливало жестким руком тайного собеседника....
А эти двое, всё ещё одетые, начинают ходит вокруг, в прямом смысле осматривая моё голое тело, словно хищники, которые поймали жертву и теперь оценивают её.
Соски твердеют под их взглядами, дыхание учащается, а ноги едва меня держат. Дима замирает сбоку и, подняв руку, распускает мои всё ещё влажные волосы. Вздрагиваю, когда прохладные кончики касаются голой спины.
Такие смешанные ощущения – возбуждение, страх, волнение, но никакого стыда.
– Раздень меня, – приказным тоном обращается ко мне Рома, встав передо мной.
Сильная и самостоятельная женщина внутри меня спряталась в угол и решает сегодня не показывать носа.
Пальцы подрагивают, выдавая моё волнение, но я всё равно тянусь к полам футболки Ромы и, зацепив их, тяну вверх через голову. Я видела это тело не раз, но дыхание всё равно перехватывает, когда перед моими глазами оказывается голый торс мужчины.
Не успеваю насладиться видом тела одного, как меня притягивают к другому, не менее привлекательному, телу.
Застонав я откидываю голову назад и прикрываю глаза, отдаваясь чувствам и впитывая в себя каждый поцелуй. Ощущения смешиваются, когда мою грудь накрывают шершавые ладони. Глухо постанываю, когда они сжимают и скручивают напряжённые соски.
Медленно уходим в пучину страсти, в порочный круг запретного. На моём теле четыре умелых руки: с одной стороны – нежная ласка, с другой – напористые касания.
Глава 56
Дима продолжает покрывать мои плечи, шею, позвоночник поцелуями, при этом поглаживая подрагивающий живот, пока Рома уделяет внимание моей груди, словно ребёнок, получивший новую игрушку.
Возбуждение нарастает с каждой секундой, хочется большего, и я решаюсь не оставаться в долгу. Завожу одну руку за спину и через ткань брюк сжимаю бугор, упирающийся мне в поясницу, слыша шипение у самого уха.
Однако мне не дают играть и, резко подняв на руки, куда-то несут – в спальню. Рома бросает меня на кровать с какой-то грубостью и под моим взглядом начинает расстёгивать ремень на брюках, спускает всё вниз, оставаясь передо мной абсолютно голым.
