Власть и страстность роковой любви заполняют страницы этой книги. Софи чувствует себя узницей собственного желания в мощной тяге к своему парню, заставляющему дрожать каждую скрипку музыки жизни. В каждом вздохе и слове они приближаются к безумию.
Мужчина встает перед визитером так, что за широкой спиной моего голубоглазого кошмара можно спокойно спрятаться. Только все равно не по себе.
— Сделай мне кофе, — шепчет Давид на ухо присоединяясь к остальным. Открыла рот, чтобы послать его, но поняла, что меня просто уводят из-под прямого контакта с приехавшим типом. Парням он тоже не нравится? Проглотив ругательство иду ставить чайник прислушиваясь к разговору.
— Так что случилось? — обманчиво расслабленно Лекс интересуется у клиента. Он привалился задницей к ящику, скрестил внизу ноги, руки сложил на груди.
В нем лежит несколько блестящих квадратиков от презервативов.
Внутри неприятно кольнуло, а скотина в белых джинсах едва заметно мне подмигнул. Не сдержалась, показала ему красивый наманикюренный фак, на что Феликс тихо рассмеялся.
— Пойдемте, я посмотрю, сможем ли мы вам помочь, — Давид уводит вечернего клиента на улицу, а Лекс не упускает возможности оказаться рядом.
— Ревнуешь? — откровенно издевается.
— С чего бы? — кидаю Дейву сахар в стакан и иду собираться домой.
— Вот и правильно. Я отвезу тебя, — говорит он.
— Перебьюсь, — фыркнув нервно скидываю в сумку всякую мелочь.
— Это не обсуждается, Сонь, — серьезное заявление.
— Куриц своих вози. Откуда я знаю, может ты прямо в машине их трахал! А мне там сидеть теперь? — срываюсь.
— Соня… — растягивая гласные Феликс идет ко мне.
— Не называй меня так! — швыряю в него остро заточенный карандаш, но тот, не достигнув цели, звонко падает на пол.
— Соня, — он продолжает дразнить. — Ну чего ты бесишься? — оказывается слишком близко, но не прикасается ко мне, смотрит жадным взглядом в красивое декольте, облизывает пересохшие губы.
— Вчера у тебя был шанс, — толкаю его в грудь, иду к выходу цокая каблуками по полу, в руках комкаю ручки от сумки, она падает и мне приходится наклониться.
Он догоняет, мы вместе выходим на улицу, где Давид что-то делает под капотом импортной тачки. Мужчина в синей рубашке вновь ловит меня глазами, раздевает, трогает. Невольно поправляю платье, стараясь закрыться везде, где можно, запахиваю курточку, закусываю губу.
