Автор
В глубокой тайне советского снабжения вспыхивает драма между служителями и разведчиками. Вот уже много лет они прячутся от коварной власти и своих же предков. Но теперь пришло время оглянуться назад, принять судьбу и полюбить семью, вместо того чтобы вернуться в прошлое....
Похоже, «Ты для меня?» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ей было, чем гордиться! — Какие синяки? Ты о чем, Герман?
Удивленно, уставилась на покрасневший от костедробящей хватки Кожаева, локоть.
Вот, ведь…ублюдок!
— Ух, ты! Где же я так? — Продемонстрировала мужчине конечность. — Вспомнила. Случайно ударилась о дверцу автомобиля, когда выходила из такси. Обычное покраснение. Завтра не останется и следа.
Черта лысого! Завтра ожидается огромный кровоподтек, на пол руки!
Вышеупомянутый «господин», вновь сжал ее. Да так, что ребра затрещали. Едва от боли не взвыла, выплевывая воздух.
— А кровь, — продолжила гораздо тише, от невозможности сделать полноценный вздох, — Так, это…ногти отрасли больше, чем обычно. Я забыла — сжала кулаки, и…и, вот! Расцарапала.
Складывалось впечатление, что он вообще ее не слышал. Совершенно. По-прежнему полосовал взглядом Марка. Мысленно кромсал по кусочкам, вырывая руки и отрубая пальцы. Изучал. Внимательно сканировал, делая лишь ему известные выводы.
— Я сказал — отпусти ее! — Процедил Герман, сквозь стиснутые зубы, игнорируя пылкие речи девушки.
Вердикт озвучен. Старания пошли прахом.
Как? Неужели, все столь очевидно, и актриса из нее некудышняя?
— Видишь ли, ее страх чреват твоей болью. — Продолжил тоном, от которого волосы на загривке зашевелились. Крохотный полушаг в их направлении. — Ее боль… концом твоей никчемной жизни.
Неизвестно, что именно возымело действие: угрожающий вид мужчины, или же откровенное безумие в шальном взгляде, только спустя мгновение хватка Кожаева на ее теле значительно ослабла.
От облегчения закружилась голова. Нет, страх не ушел. Да и паника все еще находилась на своем «законном месте», лишая полноценного сердцебиения. Но, в этом сумасшедшем коктейле, появилась и капелька надежды. Намек на спасение. Не важно, до какой степени взбешен сейчас Герман, и на что способен. Главное — находился рядом. Одним своим присутствием вселял в нее спокойствие и уверенность, укрывая собственной аурой, точно прочнейшим щитом.
— Громкие слова! — Раздался хриплый грудной смех — Марк напомнил о своем существовании.
Буквально сатанея от дерзости противника, Давыдов ринулся вперед, заставляя нутро Леры покрываться ледяной коркой страха.
Боже! Только не это…
Из болезненных и люто ненавистных объятий вырвалась пулей, преграждая путь Герману.
— Все хорошо, — дрожащим и срывающимся от волнения шепотом, пыталась утихомирить взбесившегося мужчину. — Не надо…прошу тебя.
