— Даже в шутку не произноси…
— Хватит! — Закричала, захлебываясь отчаянием. — Я устала. Мне нечем дышать. Мне нечем крыть! Ясно тебе? Нечем!
Он молниеносным движением заключил ее лицо в свои горячие ладони, вынуждая смотреть только в глаза. Тонуть в тех «черных дырах».
— Да, плевать!
— Ты не понял. — Поспешила пояснить. — Все обвинения Лени в мой адрес…я ведь не смогу доказать свою невиновность! Ни твоим родителям. Ни твоему брату. Никому! Доказательств…их нет! Даже ты мне не…
— Расслабься. Я тебе верю! — Давыдов невесомым поцелуем коснулся дрожащих губ девушки, заставляя замолчать.
Пробуждая в душе невероятный трепет. А потом, принялся порывисто зацеловывать глаза, щеки, скулы, превращая ее тело в мягкий податливый воск. — Верю, как никто другой. Прости, что изначально сомневался.
— Правда? — Настороженно, начиная заикаться. — Вот так…просто?
— Да.
— И не врешь?
— Нет.
Все! Это был предел для ее нервной системы.
От облегчения, разревелась, как дура последняя. Нуждаясь сейчас в родных объятиях, Лера бросилась ему на шею, и радостно всхлипнула, когда Герман крепко стиснул в ответ.
До невозможности полноценно вздохнуть. До хруста ребер.
— Тише, девочка. Успокойся. — Привычным жестом уткнулся в ее волосы. — Моя! Ты только моя. Слышишь?
— Твоя! — Вторила, заторможено. — Всегда.
— До гр*банного безумия боялся увидеть в твоих глазах подтверждение его слов! — Признался тихим проникновенным шепотом. — Клянусь, я убил бы тебя на месте, окажись все правдой.
Странно, но улыбка появилась на лице против воли, вопреки смятению, творившемуся в душе.
Девушка поспешила стереть с покрасневших век, щек соленую влагу.
— Надо бы запомнить, что у тебя категорически запрещено воровать! — Глупо хихикнула. — А то, вдруг, в следующий раз не ограничишься погромом своего кабинета.
Черная бровь скептически взметнулась вверх:
— Так ты думаешь, что все это, — красноречиво обвел взглядом помещение, — из-за тендера?
Сердце надрывно толкнулось за грудиной, и пустилось в дьявольские бега.
А из-за чего?
Вспомнился недавний странный диалог мужчин. На что намекал Юртаев?
Нет. С сюрпризом-то все понятно — исключение из тендерной гонки.
Но, упоминался же еще и…
— О каком подарке шла речь?
Во взгляде Давыдова блеснула сталь. А улыбка напоминала больше хищный оскал.
— В качестве подарка, этот…урод прислал мне видеозапись, на которой ты…ему отдаешься.
Ее точно парализовало. Каменная глыба, ни дать, ни взять. Даже язык онемел.
