Автор
ТЫ МЕНЯ ПРОМENЯЛ - Я с тобой разводюсь. Его ухмылка и слова обвинений словно пощечина. Он обвиняет меня в предательстве за то, что я живу со второй. Сюжет полон интриг, где каждый шаг кажется верной трансформацией обычных отношений в нечто совершенно непредвиденное и эмоционально напряженное....
На твоем месте я не стал бы обращать внимание на его слова. Достоверных фактов у него нет, как и уверенности.
— Красиво говоришь, — не могу удержаться от язвительности.
— Это моя работа, — разводит Карельский руками. — Да и какая сейчас разница, что Костя думает? Или ты собираешься с пеной у рта и доказательной базой заверять его, что не изменяла?
— Нет, конечно, — восклицаю едва ли не в ужасе, только представив эту картину. — Только это неприятно. Очень мерзкое чувство, когда тебя обвиняют в том, чего ты не делал.
— Сразу хочется оправдаться, — не спрашивает, утверждает Евгений, как будто сам через это проходил.
— А расскажи о себе, — неожиданно даже для себя прошу я. — А то такое впечатление, что ты о моей жизни знаешь все, а вот я о тебе ничего не знаю."
"Размазывать тему об изменах, как манную кашу по тарелке, больше нет желания. Да и смысла тоже. Скоро я разведусь, и это не будет иметь никакого значения.
— Да нечего рассказывать-то, — пожимает Евгений плечами. — Учился где, ты и сама знаешь. Потом уехал в северную столицу, там недолго проработал корпоративным юристом.
— Если в Питере все так хорошо идет, то зачем вернулся? — вроде бы невзначай интересуюсь, хотя на самом деле мне жутко любопытно, да и, может, в рассказе Карельского мелькнет что-то, что наведет хоть на какую-то дельную мысль.
— Всегда надо стремиться к большему, — улыбается Евгений так, будто разгадал мои намерения.
Я только вздыхаю, но неожиданно понимаю, что раздражения от его юридической манеры общения нет. Скорее это интересно. Я даже улыбаюсь, слушая его. Но делаю пометку узнать о Карельском побольше. В принципе, этим стоило заняться раньше. Слишком многое изменилось в моей жизни с его появлением.
— Ладно, — понимаю, что раскусить юриста у меня не получится.
— Все же предлагаю тебе подняться наверх, — говорит Евгений. — У меня все равно работы на полночи.
Может, конечно, так бы было и лучше, но есть границы, которые не стоит переходить. Пусть они только у меня в голове, но постель — это слишком. Меня вполне устроит и диван. А диваны уже стали почти привычным местом обитания для меня. То диван в гостиной, то на кухне, то в кабинете… Теперь вот диван Евгения.
