Автор
ТЫ МЕНЯ ПРОМENЯЛ - Я с тобой разводюсь. Его ухмылка и слова обвинений словно пощечина. Он обвиняет меня в предательстве за то, что я живу со второй. Сюжет полон интриг, где каждый шаг кажется верной трансформацией обычных отношений в нечто совершенно непредвиденное и эмоционально напряженное....
Но я понимаю, что этот разговор просто был отодвинут. И рано или поздно он неизбежно состоится.
— Значит, этот козел изменял тебе полгода так точно, если судить по пузу его любовницы. И ты ничего не замечала? Все же говорят, что бабы чувствуют такие вещи. Прости, — поправляется под моим укоризненным взглядом, — женщины.
— Эмин, я не хочу обсасывать эту ситуацию. Это уже в прошлом, главное, что все тайное стало явным. Впереди развод, и все, — говорю, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы брат больше не лез к Косте.
— И все? — переспрашивает Эмин, и я вижу, как он сжимает чашку. — То есть ты просто так это проглотишь, Эмилия? Да скажи отцу, он этого Костика в порошок сотрет, а прах развеет над Москвой-рекой. В этой помойке ему самое место.
— Так, — пытаюсь призвать брата к спокойствию, — я просто хочу развестись. Хочу, чтобы он исчез из моей жизни и ничего о нем не напоминало. Понимаешь меня? — спрашиваю, и Эмин пусть нехотя, но кивает. — Очень на это надеюсь. Отца тем более привлекать не стоит.
— Да понял я, понял. Но, сестренка, только не строй из себя мисс благородство и оставь этого козла с голой задницей. Пусть этот урод как приехал в Москву голодранцем, так и уезжает."
"Теперь я киваю, потому что ответить мне на это пока нечего. Сразу я действительно хотела плюнуть на все, лишь бы избавиться от Кости, но агентство — детище отца, студия — мое. И если у Евгения есть какие-то варианты, о которых он говорил, то я их выслушаю. Мне только одно надо: чтобы не пострадала моя семья.
Через минут двадцать Эмин уходит, а я осматриваюсь. Лидия Васильевна точно же не успела все разобрать, так где все мои вещи? Открываю замаскированную под вагонку, которой обиты стены, дверь в кладовку и смотрю на стопки коробок и ворох пакетов.
— Ладно, Эмилия, поехали, — говорю сама себе, открывая первую.
Так меня и застает Лидия Васильевна — на полу, обложенную вещами.
— Дождались бы меня, да и не сидите на плитке, хоть покрывало постелите, — начинает с порога, на что я отмахиваюсь:
— Полы же теплые.
— Как хотите, — качает она головой. — Я тогда наверх, там еще дел много.
Я возвращаюсь к коробкам, отставляя те, где одежда и обувь. Это можно сразу наверх. А вот те, где все остальное… Кое-что выбрасываю, помечаю, что докупить.
После обеда выбираюсь в студию. У Ритки как раз через полчаса закончатся занятия со старшей группой, и до наших малышей еще будет время поболтать и выпить по чашке кофе.
