Автор
Ночью город погружается во мрак, и только звуки шуршания тканей и шелеста бумаги доносятся из мастерской. Здесь она пишет - словно нитью связывает ее мысли с невидимым миром, где каждая строка имеет смысл. А рядом стоит он — мужчина в черном костюме, его напряженное выражение подчеркивает стремление наладить отношения или же готовность к борьбе за что-то большее....
Я не помню, как оказался в аэропорту и купил билет. Летел ни с чем и вот приехал к ней. Смотрю на нее и не решаюсь подойти. Она стала еще красивее. Утонченней, ярче. Заметно поправилась, но ей безумно идет.
Она захлопывает дверцу машины слишком сильно. Громко. Затем двигается ко мне. Остановившись в паре шагов, шумно выдыхает воздух, а потом отвешивает мне пощечину. Она стала сильнее, надо заметить. При этом я молчу. Заслужил. Серьезно заслужил. Ни одной бабе кроме нее не позволил бы, а тут терплю. Молча жду второй, но ее не следует.
Так хочется ее обнять. Прижать к себе и успокоить. Не делаю этого лишь потому, что не знаю, как отреагировать. Ей нельзя нервничать, а одно мое появление уже повод. Держу себя в руках и смотрю на нее, понятия не имея, что делать дальше. Как ее успокоить?
— Ты так и будешь стоять, как придурок, или все же обнимешь меня? — рычит со слезами на глазах."
"Большего разрешения мне не нужно. Я быстро хватаю ее за талию и прижимаю к себе, утыкаюсь носом в ее волосы и целую в висок.
— Где ты был?
Я знал, что она спросит. Но так и не смог подготовить ответ. Что ей сказать? И как оправдаться?
— Ты простишь меня?
— Издеваешься? — она толкает меня в грудь кулачками. — Где ты был, Рома!?
— Не там, где должен был. Но теперь я здесь. И не планирую быть где-то еще.
— Предлагаешь мне простить тебя? Вот так просто?
— В идеале, — улыбаюсь, понимая, что она немного оттаяла.
— Ты самонадеянный индюк. Тест видел?
— Давно.
— И приехал только сейчас? — пораженно спрашивает, не в силах поверить.
— Идиот, каюсь.
Она обнимает меня за шею сама, прижимается ко мне, а затем плачет. Что-то возмущенно бормочет мне в шею, целует, жмется. Она явно соскучилась и видно, что до сих пор любит.
— Ты одна? В смысле, у тебя никого нет?
— Я на седьмом месяце беременности! Кто у меня может быть, Рома?
— А тот парень, что провожал тебя пару месяцев назад?
Она непонимающе на меня смотрит, хмурит брови, пытается вспомнить.
Где-то рядом с нами на скорости пролетает автомобиль, оглушая ревом мотора. Я же думаю о просранном времени, которое мог провести с ней, если бы не решил поступить правильно. Не эгоистично, как привык.
