Автор
Ночью город погружается во мрак, и только звуки шуршания тканей и шелеста бумаги доносятся из мастерской. Здесь она пишет - словно нитью связывает ее мысли с невидимым миром, где каждая строка имеет смысл. А рядом стоит он — мужчина в черном костюме, его напряженное выражение подчеркивает стремление наладить отношения или же готовность к борьбе за что-то большее....
— Да?
— Совсем всё плохо? — спрашивает. — Может, ну ее эту работу?"
"Я смеюсь и качаю головой, глубоко вздыхая. В последнее время и сама думаю о том, чтобы бросить. Но ведь я не смогу оставшуюся жизнь не работать, а кроме как позировать я ничего не умею.
— В другой раз обязательно. Как только научусь вышивать крестиком и варить борщи, так сразу выйду замуж и стану оберегать домашний очаг.
— Скорее бы, — серьезно говорит в трубку. — Я заеду за тобой после работы.
— Я не знаю, когда освобожусь, Ром. Работы очень много.
— Я все равно заеду.
— Хорошо. Я наберу, когда закончим.
Мы прощаемся как раз тогда, когда я добираюсь до студии. Паркую автомобиль неподалеку и выхожу на улицу. Цепляю на лицо довольную улыбку и иду к зданию, где меня уже ждут. Сегодня почему-то ничего не хочется, болит голова, ломит все тело. Я чувствую усталость и не могу объяснить почему, ведь прошлой ночью я неплохо выспалась, а проснулась сегодня не слишком рано.
В студии все меня уже ждут. Фотограф недовольно смотрит, хмурится, но ничего не говорит за опоздание.
Роберт делает первые кадры, помогает, ведет, говорит, в какую позу лучше встать. Я доверяю ему и повторяю, но вижу, что ему не нравится. Он хмурится. Мы работаем не первый раз, поэтому я безошибочно считываю его эмоции и пытаюсь понять, что ему может не понравится.
— Мне не нравится, — мотает головой и отходит от камеры.
Идет ко мне, настраивает камеры, выставляет свет. Снова кадры и не то. Снова свет, поза…
— Ты поправилась?
Я сжимаю зубы до скрежета. Никто не заметил. Даже Даня, с которым мы работаем куда дольше не обратил внимание на набор веса, хотя определенно знает мою фигуру лучше Роберта.
— Нет.
— Врешь, — хмурится. — Я снимал тебя ню, забыла? Ты поправилась.
Мне нечего сказать, поэтому я молчу, стиснув зубы и нацепив на лицо обворожительную улыбку. Сегодня у нас фотосессия для магазина косметики. Нужно, по сути, только лицо, но и оно у Роберта не получается нормальным. Мы пробуем еще полчаса, после чего он чертыхается и выходит покурить. Присутствующие смотрят на меня с сожалением, а другие девушки злорадно. Их взяли на съемку для пары фотографий.
