Автор
Ночью город погружается во мрак, и только звуки шуршания тканей и шелеста бумаги доносятся из мастерской. Здесь она пишет - словно нитью связывает ее мысли с невидимым миром, где каждая строка имеет смысл. А рядом стоит он — мужчина в черном костюме, его напряженное выражение подчеркивает стремление наладить отношения или же готовность к борьбе за что-то большее....
Правда, на следующее утро я выпила таблетку сразу по приезду домой. А пару дней назад поговорила с гинекологом, описала ситуацию и спросила, насколько пропущенный день мог повлиять на защиту.
Врач сказала, что сильно. Контрацептивы могут не работать сейчас всего лишь из-за одной пропущенной таблетки. Мой гинеколог посетовала о том, что мне бы стояло выпить таблетку срочной контрацепции, но о ней, честно, я даже не вспомнила. Не думала даже до тех пор пока не услышала слов о детях от Славы. Знаю, что это моя ошибка, я поступила необдуманно, погрязла в жалости к себе настолько, что в принципе не подумала о последствиях.
Мы разговаривали с гинекологом порядка часа. Она спрашивала о последнем цикле, что-то высчитывала, дала совет продолжать пить противозачаточные и не забывать, что бы не случилось. Под конец разговора сказала, что беременности с вероятностью в восемьдесят процентов нет, потому что по календарю, были безопасные дни. Я благодарна ей за такую поддержку и стараюсь не думать об оставшихся двадцати процентах.
— Гена!
Я аж подпрыгиваю на кровати от громкости и злости в голосе. Поджимаю под себя ноги и все же слезаю с кровати. Решаю обнаружить свое присутствие перед Ромой, показать ему, что я тут и дать понять, что стоит разговаривать потише. Мне морально трудно принять его таким грозным. Я выглядываю на кухню и натыкаюсь на его взгляд, мечущий молнии. Тут же хочу спрятаться, но оказываюсь замеченной. Рома подзывает меня к себе, все еще не отнимая трубку от уха, обнимает, гладит по спине.
— Подожди пару минут, пока этот придурок договорит, и я весь твой, — он говорит эти слова, чуть отдалив руку с телефоном от уха."
"Я стою в его объятиях, кладу руки ему не талию, обнимаю его, зажимая колько на спине. Не знаю, сколько проходит, пока мы так стоим. Его грудь тяжело вздымается, сердце гулко бьется в груди. Через динамик телефона слышу встревоженный голос по ту сторону, но слов разобрать не могу. Наверное, случилось что-то серьезное, раз Рома полдня разговаривает и не может ничего решить.
— Всё, Гена. Мне надоело слушать твое нытье. Действуй или клади заявление об увольнении мне на стол. Вернусь — подпишу.
Он отключается и швыряет телефон на мягкий диван, стоящий за моей спиной. Подхватывает меня под ягодицы и усаживает на барную стойку.
— Соскучился, — тянет, одновременно проводит носом по моей ключице. — Пахнешь океаном.
Рома касается моей кожи языком, проводит аккуратную дорожку к шее и шепчет:
— Соленая. Пойдем в душ? Вместе.
