Автор
В суете современной жизни герои не замечают настоящего бедствия. Оглушительный крик вырывается из телефона, заставляя остановиться всех вокруг. Пробежка превращается в спасение, когда зовущий за помощью голос становится последним шансом на живучесть в городской толпе....
Просто прижимаюсь губами и всхлипываю. Слезы обжигают замерзшие щеки. Его ладони согревают немного."
"Больно… Больно от страха, что всё это снова в никуда. Что потом он опять придумает себе войну, а я останусь брошенная, в пыли, в грязи…
Но я не могу его оттолкнуть. Не сейчас, когда у меня начинается дикий отходняк от пережитого страха.
Я реально испугалась за Леру. Очень.
И я понимаю, что я тоже виновата. Конечно. Я могла бы раньше поднять шум, сбежать от них. Да, наверное, но…
То, чем пригрозила Миронова, это… Я ведь знаю, что Коршун скрывает, что мы с ним теперь сводные.
Знаю, что раз он не говорит никому, значит для него это важно.
Поцелуй не долгий, но очень жадный, я почти падаю в его объятия.
- Холодно, малыш, Давай-ка в машину.
- Да… - киваю, шепчу. Трясёт меня.
Не могу остановиться. Может стоило у его дяди попросить что-то, хоть валерьянки, или что там пьют для успокоения?
- Замерзла?
- Нет.
Он усаживает меня на заднее сидение, сам тоже забирается туда же.
- Ты что? Мы… Нам надо ехать…
- Надо. Поедем. Дай мне… дай мне пару минут, ладно?
Обнимает, прижимая меня, стискивая. Тянет на колени к себе.
- Синеглазка моя…
Не целует, просто держит меня в руках. Я чувствую, как его сердце колотится, гулко и очень быстро. Даже страшно.
- Сэл… я… Чёрт… не знаю, с чего начать. Но я… Хочу, чтобы ты знала. Я дико, адово, люто сожалею. Обо всем. О своем поведении. О том, что сделал.
Всхлипываю снова.
- Я был… очень сильно не прав. Не имел права тебя… Обижать…Предавать. Поступил как… как мразь! Если бы ты знала, как я сожалею!
Обнимаю в ответ, сначала робко, потом сильнее вжимаюсь в его грудь, вдыхаю любимый, знакомый аромат.
Мой Коршун… мой…
- Селена… Синеглазка моя. Ты… если ты не простишь, я пойму. Я… я понимаю, что ты сейчас в таком состоянии, тебе сложно. Но я надеюсь… очень сильно надеюсь, что ты, что я смогу всё исправить.
Может я не права, но в эту минуту так хочется ему верить!
Верить и простить.
Я ведь… Я ведь тоже понимаю.
Даже… даже беседовала с Богиней, обсуждала нашу историю.
Богиня, конечно, весьма категорично заявила, что Стас чудак на букву «м», что мужчина так не поступает, и так далее и тому подобное. Да. Но при этом сама же тут же сказала, что мужчинам свойственно совершать большие ошибки. Иногда фатальные ошибки.
- Горячку порют, а потом расхлебывают всю жизнь.
