Автор
В суете современной жизни герои не замечают настоящего бедствия. Оглушительный крик вырывается из телефона, заставляя остановиться всех вокруг. Пробежка превращается в спасение, когда зовущий за помощью голос становится последним шансом на живучесть в городской толпе....
Мы со Стасом выходим на палубу. Тор и Лера стоят на носу корабля. Как Роуз и Джек из «Титаника».
- Как хорошо, что у них все хорошо!
- А у нас?
- И у нас тоже. Я счастлива, что у нас все хорошо. И у Да Винчи вроде тоже.
- Надеюсь. Хорошо, что он взял свою Соню сюда.
Соня, подруга Да Винчи, девочка с очень непростой судьбой. Очень талантливая и… И я уверена, что Данила сделает все, чтобы она была еще и счастливой. Я так счастлива сама, что хочется делать счастливыми всех вокруг.
- Я люблю тебя, Стас…
- Моя Синеглазка… Я люблю тебя!
- Это навсегда, да?
- Да, малыш. Это навсегда.
Я знаю, что многие боятся так говорить. Это очень опасное слово. Навсегда. Очень долгое. Ко многому обязывает.
Я считаю, что у меня больше обязательств не перед «навсегда», а перед «люблю». Я люблю. И я хочу, чтобы это было всегда.
И я верю, что у нас получится. И через год, и через два, и через пять, и через десять, и через пятьдесят.
Люблю и навсегда будут идти рука об руку.
Мой Коршун будет любить свою Синеглазку, а Синеглазка будет любить его.
Всегда.
Глава 61. Эпилог 2
Коршун.
Смокинг. Не носил никогда. Но мне чертовски нравится.
И… думаю, как минимум еще пару раз я его точно надену. Скоро будет повод.
Об этом пока знает только Синеглазка.
Да, да, я даже пацанам не сказал. Это наш секрет.
И это очень круто иметь с этой малышкой секретики.
Думаю о ней и сразу по телу фейерверк, в венах играет адреналин.
Подъезжаю за ней на кабриолете, хочу, чтобы этот выпускной был её праздником, чтобы запомнила навсегда.
То, что его запомню я – однозначно!
Потому что моя девочка невероятно красива!
Моя девочка…
Которую я чуть было не про… не потерял.
О чём я только думал? Сейчас, по прошествии времени, вообще не понимаю себя. Это был не я, а какой-то другой, тупой чувак, который думал не тем местом, которым надо. И даже не тем, о котором все думают, что им думают парни!
Собственно, кажется, я вообще не думал.
И ладно бы на батю обиду кинул – ну, честно, там было за что. Реал. Все-таки… У нас была семья, хорошая – не хорошая, дружная – не дружная, это уже другой разговор. Меня всё устраивало, так-то… И отец… Отец виноват в том, что той моей семьи больше не существует.
Нет, я понимаю батю, конечно. Теперь понимаю.
