Автор
День обещает быть насыщенным. Машина буксует по размывшейся дороге после дождя. Выбор между риском въехать в яму или остаться запертой — идет неугомонная мысль в голову. Вскоре сеть связи не подает признаков жизни, оставляя за ней лишь тишину и загадочность этого заброшенного места....
Небольшую, но все же. Последняя, оказывается, имеется на щупленьком теле.
Длина платья тоже удивляет. Оно не в пол, а по колено. Ноги оценить трудно в таком положении, но тот факт, что я замечаю чуть отросшие, едва заметные выгоревшие светлые волосы, меня поражает и одновременно веселит. Колхозница, но про бритье в курсе. Правда, на этом все. Скорее всего, это разовая летняя акция. С приходом осени, а уж зимы и подавно, станок или бритва покоится мертвым сном.
Боюсь представить, что там между ног. А чего представлять, Даровский? Явно не сфинкс, а пудель.
А мне контактировать с ее пуделем без надобности. Уж чего-чего, а трахать я ее не собираюсь. Для фиктивного брака – максимум, что необходимо, это нормальное общение и компромиссы.
– Вроде бы все вытащила.
Только сейчас понимаю, что моя рука все время была в ее ладони. Она доставала мне занозы.
– Ну все, вам как, чай сделать перед отъездом? – хрен тебе на постном масле, а не отъезд. Только похвали и на тебе. – Или кофе?
– Нет, спасибо. Я попозже попью.
– Тогда я сейчас принесу вам чистые носки и обувь.
Мне уже страшно. Однако, через несколько минут Настя появляется на кухне с чистыми с виду носками и со сносными ботинками. С покойника сняла?
– Они дедушкины. Моего. Но он их почему-то почти не носил.
– На себя надевают. Кого-то одевают, когда в гроб кладут, например.
– Чего?
– Захлопни скворечник, вот чего, – не выдерживаю, в ответ на очередной износ русского языка.
Наладил контакт. Вот прям от души. Подождать с азбукой, правилами и устранений «гэ» совсем невмоготу? Дурак.
Идиотизм ситуации заключается в том, что я все равно отсюда не уйду без положительного ответа.
Нехотя, но все же надеваю предложенные носки и ботинки. Так и вижу, как Настенька спит и видит, как выпроводить меня за порог.
