Взрывная история Марка Тойского, который неожиданно оказывается в роли "мальчика по вызову". Его смех и отстраненность на фоне атмосферы мелочности и жестокости делают сюжет неотразимым. Книга захватывает с первой страницы, оставляя незатратившимся читателя.
Ничего, они вдвоем справятся с её недугом. Главное, чтобы без осложнений.
Олеся активировала ворота, и Марк проехал на территорию их ЖК.
– Я провожу тебя до квартиры.
– Спасибо.
Он первым вышел из машины. Олеся подождала его и позволила помочь. Он закрыл за ней дверь, и аккуратно обнял девушку за талию.
– Я по-прежнему против того, что ты будешь находиться в квартире одна.
Они вошли в подъезд, и Марк вызвал лифт. Кабина находилась внизу, поэтому створки сразу же разъехались в стороны, приглашая их. Марк, продолжая поддерживать Олесю, аккуратно завел её в лифт, сам шагнув следом.
– Можно, я ничего не буду говорить? Мне сейчас и плохо, и хорошо… Странно даже.
Марк слегка усмехнулся.
– Почему хорошо?
– Не скажу.
– Снова тайны?
– Угу.
Он поднял руку и погладил её по затылку.
Вот как, скажите, можно испытывать к другому человеку столь сильную нежность, заполняющую собой всю душу?
Сердце в груди учащенно забилось.
– Я останусь у тебя.
– Нет, Марк. Я… буду благодарна, если навестишь вечером.
– Леся…
– Марк, я сейчас наглотаюсь таблеток и лягу спать. Не хочу, чтобы ты видел меня такой больной и немощной, неужели непонятно?
Лифт остановился, и они вышли.
Подошли к квартире Олеси, девушка открыла сумку и достала связку ключей.
Женщины! Даже будучи больными, обеспокоены о собственной мордахе!
– Вот.
Марк не заметил манипуляций, когда Олеся протянула ему ключ.
Жест доверия.
И… чего-то большего.
Он взял его, крепко сжав. Не колеблясь ни секунды.
Глава 15
– Привет, болезная.
– Привет, Марта.
– Ты, говорят, расхворалась?
– Есть такое дело, – отчего-то губы Олеси самопроизвольно расплылись в улыбке.
Слышать голос подруги, знать, что о тебе вспомнили, о тебе беспокоятся, – это ли не повод для улыбки?
Олеся шмыгнула носом и потянулась к носовому платку.
– О, подруга, ты совсем расклеилась. Где так умудрилась простыть? И, кста-а-ати, что это Тойский тебя не бережет?
– Марта…
– Что?
– Если ты хочешь спросить, что происходит у меня с Марком, так и спроси.
Шаронская громко хмыкнула.
– Знаешь, я не любительница лезть в чужую жизнь. Никого не пускаю в свою и сама отвечаю тем же. Но, черт побери, Лисенок, к тебе я неравнодушна!
– Марку стоит об этом знать?
– Прикалывается она мне тут! Если бы я была «по девочкам», давно тебя соблазнила бы.
Откровенность Марты подкупала.
