Автор
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ты мой закат, ты мой рассвет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Все будет хорошо, малыш… Не бойся, слышишь? Я рядом, рядом…
Я почти ничего не вижу, потому что реальность превращается в размазанные по воде пятна краски. Темных мрачных цветов без четких контуров. Как будто земля разверзлась — и я провалилась в место, уготованное для грязных плохих женщин, недостойных ни любви, ни понимания, ни даже сострадания.
Я вижу его странным вытянутым силуэтом, похожим на кошачий зрачок нашего Добби.
— Я тут, малыш. — Сжимает мои пальцы в ладони. Приятная боль. Единственное тепло в этой бесконечной холодной пустоте.
— Защити нас, умоляю. Он что–то говорит. Очень тихо, глухо.
Незнакомые голоса влезают между нами противным и обреченным звуком циркулярной пилы.
— Вам нужно выйти, молодой человек! — ругается какая–то женщина.
— Пожалуйста, защити… нас, — собственный неживой голос. Никто не может исправить то, в чем я сама виновата.
Но это единственное, что у меня осталось — вера в моего немножко уставшего, грубого, но бесконечно любимого майора.
«Защити нас… Умоляю… Мы очень тебя любим… Ты нам очень нужен…» — Да что же это такое! Молодой человек, вы мешаете работать врачам! Мой «светлый кошачий зрачок» медленно гаснет в темном разрезе двери. Страшно и холодно.
Боль режет живот, словно меня вскрывают без наркоза.
Может, правда вскрывают? Достают моего маленького ребенка, чтобы спасти ему жизнь?
«Он же такой крохотный…»
Укол в плечо тупой, словно ударили детским молоточком. Это девочка.
Светлые, как у меня волосы, темные, как у папы, глаза. Улыбка до ушей, когда вешает на нашу елку игрушку. На самую нижнюю ветку, потому что дальше пока не дотягивается.
«Боженька… Пожалуйста… Не забирай ееуменя…»
Глава тридцать восьмая: Антон
Меня, бывало, нехуево так трясло от злости.
Редко, но случалось. Приходилось, в силу обстоятельств, общаться с людьми, которые умели профессионально выводить на эмоции даже таких бездушных тварей, как я, когда на работе и должен забивать на всех, чтобы не сожрали.
Сейчас меня тоже трясет.
От… я не знаю, от чего.
В длинном белом коридоре пусто.
Я не могу стоять на месте, но и ходить из конца в конец противно до тошноты — и начинает, как в детстве, когда дорывался до качелей и долго не мог с них слезть, гудеть голова.
В тупорылых фильмах все самое херовое всегда случается ночью. Герои так же топчутся в больничных коридорах, но вокруг них как будто нет жизни. Ничего не напоминает о том, что пока у тебя за вот этой дверью на кону все будущее — там, за окнами, ходят люди, все заботы которых сводятся к тому, что бы сожрать в обеденный перерыв и как бы не пропустить футбольный матч.
Я заочно ненавижу их всех.
Просто потому что существуют.
Просто потому, что тошнит от собственной беспомощности.
