Автор
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ты мой закат, ты мой рассвет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Встреча с Антоном на свадьбе бывших создала нечто большее. Между героиней и Антоном возникло сложное чувство комфорта и удобства, которое скрывало невысказанные желания. Теперь их непростая история разворачивается в напряжении между желанием свободы и привязанностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И единственная причина, по которой еще не набросился с домогательствами, кроется в страхе что–нибудь ей сломать.
— Муууууж? — вопросительно тянет Очкарик.
Очень вовремя, потому что почти дотянулась до моего рукава.
Я успеваю перебраться на другой край и писательница издает длинное рычание.
— Не подходи ко мне со своими пряниками, жена, — предупреждаю еще раз. — Не буду я заниматься этой херней.
— Угораздило же меня влюбиться в чёрствый сухарь, — сдается она и выразительно плюхается пятой точкой на стул. — Ну и ладно, мы с Фасолиной сами справимся.
Теперь на сидения моих стульев привязаны сделанные руками Очкарика плоские подушки. Нашла какие–то старые вещи, сделала из них лоскутки и сшила вот это вот все. Я был против, думал, что получится какой–то бабушкин декор, а в итоге получилось уютно и по–домашнему. Так что, когда Очкарик озвучила свою следующую идею, даже почти не сопротивлялся.
Она взяла наши старые футболки и теперь шьет из них что–то вроде одеяла.
Руками, иголкой и ниткой, когда мы вечером усаживаемся смотреть мультфильмы, или я включаю расслабляющую музыку и занимаюсь работой.
Это будет маленькое одеяло. Для нашего ребенка.
И мы до сих пор ни разу не завели разговор о том. что ее первые анализы даже врач пока не берется комментировать. А я. кажется, скоро начну кидаться на любого, кто еще хоть раз скажет, что нужно верить и надеяться на лучшее.
Потому что и так верю.
Как никогда в жизни не верил вообще ни во что.
Пока я занимается разукрашиванием горы не самых идеальных в мире пряников — то, что это песочный человек, я понял исключительно по Х-образной форме фигурки — я усаживаюсь с противоположной стороны стола, включаю планшет и пересматриваю участки в моей деревеньке.
Те, что побольше моего раза в два. А лучше в три.
Потому что пока не вставал вопрос о большой семье, мой дом меня вполне устраивал: уютны, тихий, спокойный. А если предположить, что через уже семь месяцев в нем появится орущий Горох, которому будет нужна своя спальня, а Йени, судя по всему, первое время не обойтись без помощи матери, места оказывается не так уж и много. Плюс ребенку нужно будет где–то играть. И во дворе хорошо бы разбить небольшую площадку. И еще сакуру посадить за домом, которая кустовая и когда цветет — пахнет так, что даже у меня, старого циника, на душе хорошо.
Проблема в том, что пока у меня нет и близко нужной суммы. Кое–что отложено на ремонт и тюнинг «ведерка», кое–что я собирал на покупку «мини», но раз у Йени есть машина — кстати, нужно будет выбрать выходные и сгонять за ее «Порше» в Первопрестольную — то эти деньги можно тоже пустить в дело. Есть небольшие сбережения, но все это — капля в море. А строительством лучше заняться сразу как придет потепление.
