Автор
В лофт-кабинете за боковой линией переплетались до боли знакомые фразы тренера и его ученицы Катя. Под подвесной сеткой на два сорока четыре метра Лина, нервно перемещаясь с ноги на ногу в аккуратной футболке без рукавов, охраняла свой зоны перед подачей мяча. Улыбка Кати была идеальной, заставляя умирать от зависти и азарта....
Настроение снова испортилось, и девушку бесило, что в этот раз причиной стало расстройство Алены. Лина ненавидела свою эмпатию. Она мгновенно перенимала эмоции другого человека, не имея возможности обойти ситуацию стороной.
Команда «Механика» продолжила веселиться, а Лина думала, как мог Вадим быть таким резким? И дело даже не в том, что именно он сказал, а как это сделал. Во-первых, при всех парнях, с которыми Алена вроде неплохо общалась, во-вторых, с присущей ему надменностью и безапелляционностью. Да, Алена Лине не нравилась, но она точно не заслужила быть униженной при таком количестве людей.
Лина прошла к милой белой беседке, украшенной декоративным плющом и мелкими голубыми цветочками, названия которых девушка не знала. Она осторожно провела рукой по деревянному сиденью, так как не хотела испачкать любимое платье. Она бы сходила на пляж: всегда мечтала погулять по нему ночью, – но боялась снова наткнуться на придурков вроде Морозова.
Спустя минут двадцать ступенька беседки скрипнула, и внутрь зашел Вадим. Они с Линой молчали, глядя друг на друга. Желание говорить со связкой «Механика» пропало еще на танцах. Хоть Лина и не считала себя подругой Алены, проклятая эмпатия не давала поступить по-другому.
– Хорошо выглядишь, – тихо сказал он.
– Правда? Подсмотрела образ в журнале «Elle». Знаешь, я тоже его люблю, – съязвила Лина, сама того не ожидая.
Вадим поднял глаза к потолку и глухо рассмеялся.
– Считаешь, что я погорячился, сказав правду? Дима слишком мягкий и не может отшить Алену. Ты ведь знаешь, что она ему не нравится?
– Из-за мягкотелости Димы ты унизил девчонку? Можно же было сказать это наедине.
– Да, но тогда бы воздействие было нулевое. А теперь погляди, едва ли Алена в ближайшие пару дней подойдет к Вышинскому.
Лина опустила взгляд, понимая, что он может быть прав. До таких, как Алена, доходит медленно и туго. Так или иначе, осадок от ситуации остался. Подумав об утренней тренировке, Лина встала, поправила платье и вышла из беседки.
– Уже уходишь? – спросил Вадим.
– Да, вдруг в какой-то момент трусливая и криворукая волейболистка скажет что-то не то, и в следующую встречу ты решишь ее унизить.
– Драматизируешь?
– Немного.
