В телефоне раздался последний звонок, Андрей торопливо выскочил на улицу за зарядным устройством. При входе в офис услышал странные возмущения Любы – его давнего приятеля, теперь уже подозреваемой в несуществующих преступлениях. Опоздание и недовольство делают атмосферу офиса напряженной и ожиданием, словно все знают тайну Любы....
Да и я тоже ахнула: утро, других людей пока нет, лишь мы подъехали. Руслан довольно скалится, сумел угодить мне-вредине, чего я скрывать не собираюсь. Поцеловала бы, но пока нельзя… наверное.
— Ну что, выгружаемся?
— Ага, — я вышла из машины, открыла заднюю дверь, и занялась сестрой. А Руслан — продуктами. — Наверное, скоро другие отдыхающие приедут.
— Приедут. Но место не особо популярное. Я на дальнее озеро вам привез, аншлага не будет.
— Спасибо, Рус. Здесь офигенно! — поблагодарила от души.
Диана сбросила мои руки, и побежала к озеру. А Рус, открыв багажник, взглянул на меня:
— Поцелуй я заслужил?
— Даже не знаю. А как же реал и виртуал? — улыбнулась я смущенно.
Флиртую, блин. Не могу удержатся, да и не хочу!
— Сегодня можно. Сейчас можно!"
"Его взгляд откровенный, мужской. Раздевающий догола. Но я при этом не чувствую себя грязной. Я себя желанной ощущаю. Нагой. Иду к нему как зачарованная, и знаю — поцелую. В благодарность за поступки: за заботу, за то, что хочет порадовать и меня, и мою сестренку, а еще… еще за то, что он терпит мои загоны.
— Не струсишь? — Руслан изогнул бровь, когда я приблизилась. — Чтобы тебя успокоить — поцелуй нашу «дружбу» не испортит!
— Уверен? — спросила шутливо, и приблизилась еще на шаг, бросив мимолетный взгляд на сестренку.
— Уверен, — широко улыбнулся Руслан. — Есть такая легенда, приведу как сравнение: секс в самолете или секс за три тысячи километров от дома не является изменой. Так вот, поцелуй за городом не испортит нашу временную дружбу, Люб.
— Очень фиговое сравнение. Я не одобряю! — надулась я. — Ты тоже из тех, кто секс за три тысячи километров от дома не считаешь изменой своей женщине, а, Соколовский? Может, не стоит тебя целовать?
— Когда наша дружба потерпит фиаско, я поклянусь тебе в вечной верности, малыш, — он резко подался ко мне, и обхватил мою талию ладонями.
— Поцелую. Только больше без гадких сравнений, — не смогла я удержаться. И накинулась на его губы.
Сначала поцелуй был с цензурой двенадцать плюс. На такое даже детишки могли бы смотреть, и давать советы быть погорячее: я просто прижалась к мужским горячим губам своими. Нерешительно и мягко обозначила своё присутствие.
