В телефоне раздался последний звонок, Андрей торопливо выскочил на улицу за зарядным устройством. При входе в офис услышал странные возмущения Любы – его давнего приятеля, теперь уже подозреваемой в несуществующих преступлениях. Опоздание и недовольство делают атмосферу офиса напряженной и ожиданием, словно все знают тайну Любы....
У тебя не хвост, а ноги. Судорогой сведет, и придется мне тебя спасать.
— М-м-м-м, — простонала она проказливо, — искусственное дыхание, и всё такое?,
— Ага, — подмигнул ей. — Я бы предложил тебя на спине покатать, но я уже занят.
— Все годные мужики вечно заняты, — мы поплыли к берегу, отфыркиваясь, и болтая, что вообще-то в воде не рекомендуется делать, но хер бы с этими рекомендациями. — А у меня фантазия есть такая, австралийская.
— Австралийская? — не понял я.
Мы вышли на берег. Диана висит на моей шее, Люба… Люба — огонь! Идеальная! Зачётная! Мальчишка во мне орет: «Я бы вдул!»
— Ага, австралийская, — флиртует со мной моя Русалка.
— Об обоих? — нахмурился я шутливо. — Забудь эти фантазии! Согласен исполнять эти роли по очереди — иногда спасать тебя, а иногда — тушить твой пожар.
— Вывезешь?
— Сомневаешься? — спросил с вызовом.
— А о чем вы говорите? — пропищала мне на ухо Диана.
Люба покраснела. Ну да, мы снова это сделали — забыли, что у нас тут вообще-то ребёнок тусуется.
— Любаш, дядя Рус меня плавать научил! Я тебе покажу как я умею!
— Я видела, малышка, — мягко улыбнулась Люба, сняла с моих рук сестру, и повела её к пледу.
А я завис. Веду себя как озабочка, а не как взрослый мужик. Но как не смотреть-то? Люба мокрая, фигура — супер. Не тощая, грудь высокая, так и тянет сжать в ладонях. Сильно сжать, чтоб Люба вскрикнула. И соски эти, что через лиф просвечивают, облизать, в рот всосать, прикусить… кончить на них.
Сукаааа!
А на её тонкой талии мои руки будут круто смотреться. Я стану держать Любу именно за талию, раскачивая её на себе — сверху, сзади… но и за бедра подержусь. Её бедра — лучшее, что я в жизни видел, клянусь! Крутые, манящие, намекающие, что между них — огонь.
И ноги её хочу стройные, крепкие. На шею свою их хочу, на плечи, чтобы торс мой ими обнимала, мои бедра.
Чертов недотрах!
Член в бой рвется, стояк в мокрых шортах не скрыть.
— Иди сюда, кремом намажу! — крикнула Люба мне.
— Позже. Поплаваю пока. Отдыхайте! — крикнул, повернувшись к девчонкам спиной.
Разбежался, и решил устроить заплыв подлиннее.
Устану, и остыну хоть немного.
