В телефоне раздался последний звонок, Андрей торопливо выскочил на улицу за зарядным устройством. При входе в офис услышал странные возмущения Любы – его давнего приятеля, теперь уже подозреваемой в несуществующих преступлениях. Опоздание и недовольство делают атмосферу офиса напряженной и ожиданием, словно все знают тайну Любы....
— Но там же мама! Там мама кричала, — запищала сестра.
— Это не она. Другая женщина, — соврала я.
Мерзко. Полицию не вызвать, либо не приедут, либо приедут, ужаснутся, и отберут Диану, увидев всю эту прелесть. Самой лезть — покалечат, защитник из меня аховый. Остается стоять с сестрой, врать ей, и надеяться, что маму не зашибут.
Я застыла в шоке. Впервые мне в голову пришло, что это конец. Даже если не сейчас, то потом, через год или пять — мамы не станет. Либо цирроз, либо отчим убьет, либо кто-то из его дружков.
Села перед Дианой, и обняла ее крепко — не чтобы сестру успокоить, а чтобы самой легче стало. Плакать нельзя, иначе испугаю сестру, а хочется — плакать, а лучше оставить ее здесь, забежать домой, схватить нож, и прикончить их всех. Чтобы перестали нас мучить. Но я не могу.
Так мы и оставались у дома. Я на корточках, обнимаю сестренку.
"Не знаю, сколько прошло времени, но в себя меня привел звук подъехавшей машины.
— Дядя Руслан! Привет!
— Привет, принцесса. Вы готовы? А вещи где?
— Потом заберем. Поехали, — сделала несколько шагов, и чуть не заорала — слишком долго я сидела на корточках, сейчас кровообращение налаживается, и это мучительно.
— Что с тобой? — Руслан сам подошел ко мне.
— Ничего. Ноги затекли. Поехали.
— Мы с Любой здесь были. Дома опять драка, — пропищала Диана, и всхлипнула: — Там мама.
— Оставь это. Поехали отсюда, Руслан, — устало покачала я головой.
Он, к счастью, послушал. Открыл машину, усадил нас обеих на заднее сидение, и спросил:
— Здесь сидите обе. Вещи собраны, или мне их самому собрать?
— Они под кроватью за шкафом, но… куда ты? Я же сказала, что завтра съезжу!
— В машине оставайтесь.
