Автор
Ты мой! Расплата за измену — это драматический экшн-роман, где каждый взмах оружия или решительное слово может изменить судьбу. Атмосфера огня и драконов создает напряженную атмосферу, в которой каждое движение персонажей кардинально влияет на ход событий.
Она шагнула вперёд, обхватив мощную шею уставившегося на Нину эфэсбэшника. Растерянный взгляд, отвисшая вниз челюсть.
Шатенка рассмеялась, сглаживая неловкость происходящего.
– Вот так, Бероев, будешь знать, как набиваться в родственники. С женщинами нашей семьи шутки плохи.
Он аккуратно расцепил пальцы девочки, надеясь, что в этот раз его не фотографируют.
– Солнце, ты не забыла, что я женат на твоей крёстной?
– Вечно пьяная и не кормит тебя, – полные слёз глазищи и желание рассказать о пороках соперницы.
Брюнет встал, моментально став жёстким.
– А ты тем более, – он сомкнул веки, понимая, что слишком резок и ответил уже более мягко: – Не имей привычку осуждать людей за их спиной. Тем более взрослых.
Алиса бросилась в комнату, захлопнув за собой дверь."
"Нина постояла, не входя в спальню дочери, прислушиваясь, что происходит внутри. Слёз не было слышно. Она горько усмехнулась, осознавая, что это не детская привязанность на пять минут и характер у дочери в маму, а значит, та от своего не отступится.
В дверях кухни, думая, как дочь, покачивала головой Наталья Егоровна.
Они ели некоторое время молча. Дети завтракали в столовой, не мешая беседе взрослых.
– Нинок, извини за излишнюю резкость, но говорить в таком тоне о жене я никому не позволю.
– Я всё понимаю!
Он в раздражении бросил вилку. С каждым разом проявление обожания у девочки становилось более вызывающим.
Полыхающий зеленью взгляд утонул в сером.
– Как думаешь, скоро у неё пройдёт эта дурь?
– Не дурь, а привязанность, сдобренная первым чувством любви, – она не хотела шокировать и без того одуревшего друга.
– Хорошо, – Олег кивнул, затем добавил, покрутив пальцем в воздухе: – вот это самое она скоро выкинет из головы?
Нина усмехнулась.
– Думаю, тебе придётся набраться терпения.
– Вопрос не во мне, а в Юльке, – он промокнул салфеткой губы.– Ревновать начала по-чёрному. Не понимаю, кто её накрутил. Новые подруги, наверное.
Она была с ним согласна. Смотреть, как подруга постепенно спивается больно.
– Гнать их надо в шею! – она вспомнила пьяный смех в трубку.
– Попробуй, сразу слёзы градом и сопли до колен. Мол, единственной радости в жизни лишаю, – он вздохнул, отставив тарелку. – Она не такая толстокожая, как ты.
Нина пожала плечами. То, что не пребывает в истерике по полдня, не означает, что всё проходит бесследно. Ещё пара подобных закидонов от мужиков и начнёт таскать с собой нож, а вслух:
– Мне деваться некуда.
