Автор
В темноте улочки, где лишь звёзды и тихий городской шепот — это "Ты - моя ошибка". Ульяна прячется за обворожительной маской красоты, но её сердце покрыто шрамами от прошлого. Книга рассказывает о девушке, ставшей своей собственной ошибкой, влюбляющейся в мужчину, который сам себе не доверяет....
Я закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки, но внутренний голос, наоборот, подкидывал картинки, где Новикова бьют, где кто-то ставит на него деньги, где болельщики выкрикивают имена борцов. В тот день, я не видела бой, но, если честно, и не хотелось видеть. От одной мысли, что на ринге я могла бы потерять Никиту – сделалось тошно.
Ему ведь могли сломать там руки или ноги. Его могли увезти в реанимацию, не откачать, пульс мог остановиться. Я отчетливо слышала, как тикает аппарат, как любимое сердце замедляет ход. Секунда за секундой, отдаляя жизнь от земли, возвышая душу над телом.
- Зачем… - с хрипом сорвалось у меня. – Зачем ты туда ходил?
- Захотелось, - сухо ответил Ник, его пустой взгляд был устремлен в стенку, а руки сжались в кулаки, опустившись на колени. Я подошла ближе и присела на корточки перед Новиковым. Постаралась взглянуть в глаза парня, но он старательно их прятал, словно не хотел, словно боялся, что я увижу беззащитную душу.
- Я не хочу собирать тебя по кусочкам, Никит, - нежно произнесла, осторожно касаясь, сжатых в кулаки, рук. Он не оттолкнул, он никак не отреагировал.
- Не собирай, велика беда.
- Ринг тебя погубит. Пожалуйста, если что-то случилось, лучше поговорить, лучше попробовать другой путь. Я… - слова растерялись, они никак не хотели собираться в предложения.
- Серьезно? Ты будешь решать, что для меня лучше, а что нет? – грубо и очень строго спросил Никита. Брови сошлись у него на переносице, а лицо вдруг сделалось хмурым.
- Если это касается твоей жизни! Ты… ты посмотри на себя, на тебе же живого места нет. У тебя кровь. Никита, я… я не хочу, чтобы тебе было больно. Прошу тебя, не ходи больше на ринг. Есть множество…
- Я буду делать так, как считаю нужным.
- Ты хочешь убить себя? – прошептала я, ощущая, как горло сводит от спазма.
- Тебя это не касается, что я хочу, а что нет, - его ледяной голос прозвучал, словно пуля на вылет.
- Никита…
- Уходи, - мне вдруг показалось, я ослышалась. Губы затряслись, пальцы налились холодом, а затем начали медленно покрываться влагой. Я сглотнула и поднялась, не совсем понимая, что должна делать дальше.
