Автор
В темноте улочки, где лишь звёзды и тихий городской шепот — это "Ты - моя ошибка". Ульяна прячется за обворожительной маской красоты, но её сердце покрыто шрамами от прошлого. Книга рассказывает о девушке, ставшей своей собственной ошибкой, влюбляющейся в мужчину, который сам себе не доверяет....
Хотелось завалить девчонку, попробовать ее во второй раз. Уверен, после – отпустит.
Так что хлопнул дверью и дал по газам. Снежинка сперва не поняла, а потом резко начала ерзать по сидению, задавать вопросы, ну а я старательно делал вид, что не слышу. Она закричала, нет, завопила обезумевшей кошкой.
– Эй! – дал по тормозам. Остановился посреди дороги, позади сигналили машины, кто-то орал в окно какой я урод и трехэтажные сверху.
– Выпусти меня! Какого черта? – Снежинка взмахивала ресницами, грудь ее поднималась и опускалась, а губы, казалось, заливались алым цветом.
– Ты думаешь, я глухой? Сейчас какой-нибудь умный дядька выйдет из дорогой тачки и набуцкает меня за то, что создал пробку.
– Пусть станет в очередь! Потому что первой буду я! – заявила уверенно девчонка. Из нее будто искры сочились, яркие, притягательные. Медленно кружили вокруг и падали на плечи, волосы.
– Ролевые игры? – усмехнулся, выдавая улыбку. – Плетка или ремень?
– Ты больной?"
"– Неизлечимо, – кивнул, поражаясь тому, с какой легкостью строится наш диалог. Обычно девчонки либо боятся, либо ублажают. Эта же успела совершить второй акт, а с первым случился перевес. Из-за секса она почувствовала себя смелей. Наивная дурочка.
– Я не буду с тобой спать, если ты думаешь…
– Я на насильника похож? – в окно постучали. Качок с татухой на всю шею. Прям Вин Дизель воплоти.
– Что он хочет? – спросила осторожно девчонка.
– По морде мне дать, что ж еще.
– К… что? – уверенность исчезла, появилась паника. Мне нравилось наблюдать, как меняются эмоции на лице Снежинки. Она походила на ненормальную погоду, когда после знойных тридцати падает снег.
– Обработай мои раны, самому будет сложно. Тогда все останутся живы: я и этот дебил за окном.
– Никита… – ух, до чего трепетно прозвучало мое имя из ее уст.
– «Спасти нельзя помиловать» – где поставишь запятую? – продолжал кайфовать от зрелища, пока мужик долбился в окно моего спорткара. Он злился, пинал ногой по колесу, кидал отборные маты. В другой раз я бы вышел и пробил ему в табло, но сейчас плевать. Пусть хоть разорвется, здесь интересней.
