В темном кабинете юристов девушка случайно оказывается между закрытой дверью и брошенным кофе. Она падает на пол, прикрывшись руками. Высокий мужчина осторожно поднимается, ожидая реакции незнакомки, а она только теперь замечает его мрачную улыбку и холодный взгляд.
"
"– Ты вкусная, – ворчит, целуя шею. – Спи, – прижимает бедром.
– Сплю-сплю, – прислушиваюсь к себе и своим мыслям.
– Женя, прекрати думать. – Сон не идет, мой взгляд сосредоточен на желтом диске луны.
– Как ты узнал? Я же не шевелилась.
– Ты подергиваешь ступней и тяжело вздыхаешь, видимо, когда выдумываешь очередной ужас.
– Неправда, – отвечаю тихо.
– Неправда, что выдумываешь?
– Неправда, что подергиваю ступней, – сдерживаю себя, а так хочется размахивать пальцами в такт размышлениям.
Второе пробуждение не удивляет, я с удовольствием потягиваюсь и верчусь в пустой кровати со спины на живот и обратно, попискивая от удовольствия.
Любопытство гонит к окну.
– Ого. – Возглас срывается с губ без моего согласия. С высоты второго этажа видна часть территории. Прямо перед глазами детская площадка, гараж, сторожка. От крыльца направо уводят множество садовых дорожек к водоему и… лесу?! – Собственный лес, – хихикаю.
– Привет, – девочка-подросток заглядывает в приоткрытую дверь, отвлекая. – Можно? – Невысокая, худенькая, с ярким живым взглядом, пластичными движениями. – Я Эля. А ты красивая, – останавливается напротив меня, – даже для человека, который болеет. – Наверное нужно поблагодарить за своеобразный комплимент. – Когда мама простывала, у нее был такой смешной красный нос и слезились глаза. А тебя простуда не портит.
– Спасибо, Эля.
– Да не за что, Женя, – отвечает серьезно, стреляя глазками на дверь.
– Элька, я что тебе говорил? – Грознее тучи, Лео идет на девочку.
– Не будить? Я не будила, Женя сама проснулась, правда? – ищет поддержки у меня.
– Правда, – подтверждаю, наблюдая не без улыбки, как Эля боком отступает к выходу.
– А сколько раз тебе говорил не входить в чужие спальни без стука?!
– Много. Раз сто… тысяч, – покаянно опускает взгляд ярко-голубых глаз.
– Родители где?
Жмет худенькими угловатыми плечами:
– На охоте, наверное.
– Отец научил? А ну, пш-ш-шить из нашей комнаты! – притопывает на ребенка.
– Ага, – звонко смеется.
– Ну зачем так строго, дедуля? – шепчу, когда дверь закрывается.
– Если сразу не установить границы, будет проходной двор, а не спальня. Как ты себя чувствуешь? – притягивает в объятия. И я растекаюсь от удовольствия в мужских руках.
– Удивительно, но отлично.
