В темном кабинете юристов девушка случайно оказывается между закрытой дверью и брошенным кофе. Она падает на пол, прикрывшись руками. Высокий мужчина осторожно поднимается, ожидая реакции незнакомки, а она только теперь замечает его мрачную улыбку и холодный взгляд.
– Альфа, – Александр бесцеремонно толкает меня, – с пареньком все нормально?
– Ник, – отбрасываю кружку в сторону, спрыгиваю со ступеней. – Ник, нельзя! – ору, отталкивая Лилю. – Приведи Ара. – Женя не понимает опасности, она смеется, бежит. Под ее ногами хрустит мелкий камень, она оглядывается, кидает очередной снежок в племянника. А парня сотрясает дрожь обращения. Первый оборот не такой быстрый, как последующие. Это нестерпимая боль, потеря контроля над сознанием, в этот момент правит зверь, а им управляют инстинкты.
Его кости изгибаются, деформируются, человеческий облик искажается, но не пропадает окончательно. Пронзительный болезненный крик смешивается с рычанием и вновь возвращается к человеческим стонам и обрывкам слов.
Я наступаю, провоцирую на окончательный оборот, набрасываюсь, мои челюсти клацают у лица парня. Ник отшатывается и угрожающе рычит, скалится, обнажая нечеловеческие зубы. Еще один бросок! И еще!
Треск трансформируемых тканей, хруст костей, душераздирающий вой боли, и наконец Ник опускается на лапы.
Мои лапы вырисовывают полукруг, притаптывая свежий снег. Не разрешаю молодому волку сдвинуться с места, использую Силу зверя, подавляю, заставляю склонить голову, признать превосходство.
– Я дальше сам. – Ар подходит сбоку, знает, что не стоит сейчас появляться из-за спины. – Лео, она и так много видела.
Резко разворачиваю голову: Александр разделяет нас, придерживая дочь.
Растерянный взгляд блуждает от того места, где остались остатки моей одежды, и ведет по снегу. В один момент человеческий след обрывается и продолжается рисунком отпечатков четырех волчьих лап.
Неспешно подхожу, боюсь, что мое резкое движение спугнет.
– Это был ты, – шепчет она, не веря в свои слова.
