Автор
Василиса чувствует дрожь в руках Максима, но пытается скрыть страх перед судом. Она знает, что уже пережила самое тяжелое, и теперь осталось лишь окончательное решение — выйти замуж за Максима. Улыбка на его лице пробуждает надежду: если суд будет прощальным формальностям, то вместе они смогут начать новую жизнь....
Чего?! Он что?! Думает, что я буду ему завтрак готовить?!
Поворачиваюсь, чтобы возмутиться, но тут же слышу:
— Помнишь, что доктор сказал? Заботиться о больном. Ты же не оставишь меня голодным?
И он так жалостно смотрит на меня, медленно моргает. Ладно! Один раз!
Молча разворачиваюсь и иду искать кухню.
Холодильник полный. Уже легче.
Банальную яичницу отметаю сразу. Я ее сама не люблю, а я ведь тоже рассчитываю позавтракать. Быстренько замешиваю тесто и уже через несколько минут на сквородке румянятся первые оладьи.
Когда Давил появляется в дверном проеме с мокрыми волосами и в одном полотенце на бедрах, стол уже накрыт.
— Ты что? В душ ходил?! — не сдерживаю возмущения я. — Тебе же нельзя! Ты же можешь умереть!
— Как видишь, вполне здоров, — он улыбается и разводит руки в стороны. — Что тут у тебя?
Садится за стол и я изумленно смотрю, как он запросто накладывает себе в тарелку оладьи. Ну, Давид!
Беру из микроволновки стакан и ставлю перед ним.
— Что это? — морщится он. — Я же просил кофе.
— А доктор велел пить вот это. Молоко с медом!
Давид берет стакан, принюхивается и отставляет от себя. Потом встает и идет к кофе-машине.
— Подойди, — манит меня пальцем.
Не двигаюсь с места.
— Василиса! — уже строже произносит он. — Подойди сейчас же! Я же сказал!
Не шевелюсь.
— Хорошо, — теперь с угрозой в голосе продолжает Давид. — Я сам тебя приведу.
В два шага оказывается рядом и хватает меня за запястье. Тянет за собой.
— Смотри, — удерживает, не дает мне уйти.
Он жмет на какие-то кнопки на кофе-машине и в чашку льется ароматный напиток.
— Да не дергайся ты! — продолжает меня удерживать. — Я только напряжение снял. А ты опять напрягаешь меня.
А сам плотнее прижимается ко мне бедрами. Он это специально делает! Я уверена!
Я активнее трепыхаюсь и в итоге полотенце сползает с бедер Давида. Я зажмуриваюсь, когда взгляд падает на его член.
— Блин, Давид! Подними его! — требую я с закрытыми глазами.
— Он и так стоит, зайка, — смеется в ответ.
— Да я не о нем! Я о полотенце! Давид!
— Спину потянул, пока отжимался. Не могу нагнуться.
Да он просто издевается!
Ладно.
Ничего не ответив, сама наклоняюсь и, быстро открыв глаза, подхватываю полотенце с пола и обвязываю им бедра Давида. Он лишь стоит и улыбается. Вообще не помогает мне!
Спереди полотенце никак не сходится. Из-за торчащего члена.
Как ни пытаюсь, он не позволяет мне затянуть полотенце и зафиксировать его.
