Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
А, учитывапя его досадливый рык мне в спину, большой процент того, что меня кинутся догонять… И догонят! И… Что дальше, я даже представлять не хочу! Иначе колени подрагивать начинают от пережитого стресса.
Сзади слышится шум, кто-то идет в мою сторону, громко разговаривая.
И я, не желая выяснять, насколько права в своих ожиданиях, срываюсь с места и зарполошной белкой несусь к дороге. Там всегда дежурят частники, может, кто-то согласится домой меня добросить?
Прикидываю на бегу, сколько у меня налички, решаю, что для спасения своей чести и достоинства могу выделить нужную сумму.
На остановке несколько машин, я замираю, неожиданно испугавшись. В голове сразу всплывают предостережения мамы о том, что нельзя садиться к незнакомым…
Позади хлопает дверь, а передо мной неожиданно тормозит машина. Иномарка, не самая новая, черная и низкая.
Пытаюсь ее обойти, чтоб добраться до такси, но дверь с моей стороны открывается, и низкий голос повелительно командует:
— Садись.
Я узнаю водителя.
И, чуть поколебавшись, принимаю приглашение.
Потому что к незнакомым нельзя. А это — знакомый.
10
— Спасибо, — взволнованно начинаю я тарахтеть, тревожно посматривая в боковое окно на ворота универа, — можем уже поехать?
Водитель кивает и трогается с места.
Я оборачиваюсь на уплывающие вдаль ворота, отмечаю, что никто так и не выскочил, а, значит, не отследил моего отбытия, и с облегчением выдыхаю.
Пристегиваюсь, поудобней сажусь на сиденье, расправляю на груди помявшуюся футболку, тревожно повожу плечами, потому что кажется, что лифчик расстегнут.
"Все это время машина едет, довольно быстро, за окном мелькают дома, огни витрин, малочисленные люди, бредущие по своим делам.
И я, наконец, обращаю внимание на то, куда еду.
Нет, кто везет, я в курсе, естественно…
Каменев Алексей, тот самый серьезный большой парень, что помог мне первого сентября.
Тогда у меня его тяжелые жесткие руки и его слишком хмурое, закрытое лицо вызвали страх и настороженность.
Но, спустя какое-то время, вспоминая всю эту ситуацию, я пришла к выводу, что зря напряглась и подумала о человеке нехорошо. Он ведь вообще ничего плохого не сделал.
