Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
— Да никак не быть! — внезапно я раздражаюсь, хотя эти поглаживания, эти взгляды, завистливо-ревнивые Лиса и тяжело-собственнические Камня, заводят, опять заставляют чувствовать то самое сногсшибательное томление во всем теле. Это тоже раздражает. — Я хочу поесть! А вы мне даже этого сделать не даете! Пусти меня! Я хочу сама сидеть! Я не кукла, чтоб таскать меня постоянно!
И снова дергаюсь в руках Камня. В этот раз уже без шуток. Злобно фырча.
И меня отпускают.
Позволяют спокойно сесть рядом, с другой стороны от Лешки.
И молчат.
В этом тягостном молчании я доедаю второй кусок.
Отставляю тарелку.
Откидываюсь на спинку дивана, складываю руки на груди и сурово смотрю на парней.
Вот теперь будем говорить.
62
Перевожу взгляд с одного на второго. С Камня, сейчас полностью поддерживающего свой каменный образ невозмутимым выражением лица, на Лиса, хитро усмехающегося и лишь глазами выдающего недовольство ситуацией.
Впрочем, поймав мой взгляд, он тут же усмехается еще шире, подмигивает:
— Суровая малышка какая!
Этим он, естественно, не только сбивает градус разговора, но и меня чуть-чуть сбивает. Или не чуть-чуть…
Я ловлю себя на том, что теряю слова, даже те немногие, что были только что в голове! Хмурюсь, крепче сжимаю ладони в кулаки, стараясь делать это так, чтоб парни не заметили.
Нет уж!
С мыслей вы меня не собьете!
— Я не поеду с вами никуда, — первым делом выдвигаю основной тезис нашей беседы.
И, поймав на таких разных лицах парней такое одинаковое выражение недовольства, тут же добавляю:
— У меня учеба, группа, сессия, допы и завтра концерт. Я не могу разорваться.
— Никто об этом и не говорит, малыш, — тут же начинает Лис, у которого язык явно шустрее работает, чем у Камня. Ох… Не вспоминать про его язык! Организм мой — враг мой!
— Я поеду отсюда в общежитие, — прерываю я Лиса и отсаживаюсь подальше, уловив легкое движение к себе от Камня.
Если меня опять схватят и посадят на колени, и начнут жамкать, то… То не факт, что в ближайшее время получится поговорить.
Парни учтут свои ошибки.
— Нет! — выставляю перед собой ладони, стараюсь смотреть твердо и сурово, насколько это возможно.
Камень и Лис послушно замирают, но взгляды у них такие… Говорящие очень.
