Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
А передо мной вырастает огромная фигура.
Поднимаю взгляд и упираюсь в гневные темные глаза Камня.
Он молча осматривает меня с ног до головы, чуть заметно раздувая ноздри и злобно сжимая губы.
Взгляд его настолько жесткий, что невольно волоски дыбом становятся по коже. И это молчание вокруг… Что такое?
Я бы спросила, но голоса нет. Камень стоит передо мной, мощный, напряженный, готовый к броску… И злой. Очень злой.
Я все же хочу спросить, что происходит, но в это мгновение Камень резко распахивает на себе полы спортивного халата черного цвета и в одно движение укутывает меня им с ног до головы, словно плащ-палаткой.
— Не снимать, поняла? Не вздумай.
Оторопев, киваю.
И народ вокруг взрывается криками:
— Ого!
— Ка-мень, Ка-мень!
— Твоя девочка, Камень?
— У-у-у!!!
Камень, не обращая больше ни на кого внимания, поднимается на ринг и перемахивает канаты сверху, а не между третьим и четвертым, как все бойцы до этого.
Этот мажорский жест вызывает дикие одобрительные крики.
Я, в полном шоке, кутаюсь в шелковый халат и молча иду за ребятами из группы к нашему закутку в зале.
Меня, слава богу, никто больше не трогает.
За спиной рев зрителей, теперь уже приезжих, группы поддержки москвичей.
Но я даже не оглядываюсь на то, что происходит на ринге, добираюсь до места, падаю на лавочку, все еще машинально сжимая ворот халата, и с удивлением смотрю на лица парней."
"— Это что такое было? — глупо спрашиваю у них, хотя понятно, что внятного ответа никто не даст.
Правда, глядя на прячущих глаза парней, в голову закрадывается понимание: они в курсе, почему он так сделал! В курсе!
— Почему? — начинаю давить я, перекрикивая ведущего, перечисляющего заслуги бойцов, накручивающего публику до нужной кондиции.
