Автор
Ты смотришь на меня с недоумением, но я продолжаю расслабленную позу, словно играю в нечто весёлое. В комнате чувствуется напряжение и решимость — документы разметались вокруг стопкой бумаги, а отец выглядит измотанным после долгих переговоров. Твой вопрос о "под кайфе" лишь добавляет напряжённости в эту интимную драму....
Спина выгибается, ноги подкашиваются, просто отнимаются, но Влад уже оказывается на ногах и подхватывает меня под бёдра, поднимает, вынуждая обхватить трясущимися ногами. Я ими не управляю сейчас, и он просто держит меня на весу сам, прижимает снова спиной к стеклу. Сквозь пелену в голове и шум воды на фоне я различаю, что его член прижимается к моей промежности.
– Одно слово, Принцесса, – его голос прерывается тяжёлым дыханием. – Одно твоё слово – и мы полетим дальше. Ну же…
Он прижимается губами к моей шее, лижет кожу, посасывает её.
Я хочу его.
Безумие. Гром в голове и шум в ушах.
Так быть не должно. Нельзя.
Вокруг вода, а у меня во рту пересохло. Я облизываю влажные губы и сглатываю. А потом качаю головой.
– Нет, – стараюсь, чтобы голос звучал твёрдо, но выходит жалкий писк. – Не надо, пожалуйста…
Чувствую, как его тело напрягается. Миксаев подаётся немного бёдрами вперёд, ещё теснее прижимаясь ко мне членом.
Он не послушает.
Но… Влад ставит меня на ноги, всё ещё прижимая к стене собой. Берёт мою ладонь, проводит по ней языком и кладёт на свою плоть, своей же ладонью обхватывая поверх моей.
Мои пальцы деревенеют. Наверное, уже не к месту, учитывая, что он со мной делал, но меня вдруг заливает смущение. Как-то неожиданно осознаю, что он… тёплый. Но ведь это логично. А ещё очень твёрдый, словно это не человеческая плоть, а тёплая сталь, и большой. В прошлый раз я не ошиблась.
Несколько раз Влад проводит своей рукой поверх моей вдоль члена, а потом утыкается мне носом в шею и останавливается. Отпускает мою руку и несколько секунд глубоко дышит. Потом отстраняется и смотрит в глаза. Он снова полностью владеет собой, обжигая льдом тёмных глаз.
Выдыхает и мягко обхватывает моё лицо своей широкой ладонью. Обхват оказывается обманчиво-ласковым, потому что отвернуться он не даёт, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Думай быстрее, Лера, – голос абсолютно ровный. – Потому что в следующий раз я уже не спрошу.
А потом он просто отпускает меня и уходит.
Что же он творит? Что я творю?!"
"Вцепляюсь пальцами в собственные мокрые волосы и оседаю на пол. Едва успеваю прикусить ребро ладони, прежде чем разрыдаться. Ну почему? За что? Что такого я натворила, что этот ядовитый демон продолжает отравлять меня, раз за разом впрыскивая мне под кожу свой смертельный яд?
Глава 39.
