Автор
Ты смотришь на меня с недоумением, но я продолжаю расслабленную позу, словно играю в нечто весёлое. В комнате чувствуется напряжение и решимость — документы разметались вокруг стопкой бумаги, а отец выглядит измотанным после долгих переговоров. Твой вопрос о "под кайфе" лишь добавляет напряжённости в эту интимную драму....
Она весит сейчас килограмм сорок, не больше, так что с ней прыгать, что самому.
– Ты же сама говорила, что я ниндзя, – подмигиваю и быстро целую её в лоб. Лера зажмуривается и утыкается лбом мне в грудь, напрягает руки, сжимающие шест.
Чуть разминаю ноги, даю импульс и прыгаю. Лера выдыхает, когда ставлю её на землю и немного пошатывается. Хрен знает, какая у неё доза успокоительных.
Крепко сжимаю тонкую ладонь, и вдоль насаждений бежим к забору. Принцесса пугается, когда замечает движение вокруг здания. Налоговики вовремя.
Перебираемся через забор, вижу, что Леру штормит, поэтому надеваю на неё свою куртку, снимаю ремень и, когда садимся на мотоцикл, привязываю её к себе на всякий случай.
– Держись, маленькая, ты сюда больше не вернёшься.
– Знаю. Ты же сказал."
"Она крепко обхватывает меня сзади, как когда-то, выдёргиваю футболку и накрываю её ладони. Голову кружит от прикосновения тонких пальцев к коже живота, но всё это позже.
Едем до гостиницы минут сорок, Лера держится умницей, но как только торможу и отцепляю её от себя, буквально сваливается мне в руки. Вцепляется пальцами в футболку и слабо сжимает, снова утыкается носом в грудь. Лекарство, что осталось в пустом желудке, начало действовать. Беру её на руки и уношу в гостиницу. Администратор понимающе кивает. Он хорошо проплачен и предупредит о любом интересе или поползновении в мою сторону. Отец знал, куда меня поселить.
Укладываю уснувшую Принцессу на кровать. Стаскиваю с неё больничные тапочки, свою куртку, а потом, немного подумав, раздеваю до трусов. Пздц, худая стала, даже сиськи меньше. Будет у меня на убой теперь жрать.
Синяков, следов уколов на руках, отметин от ограничительных браслетов нет. Это хорошо, значит, быстро от этого дерьма отойдёт.
Укрываю её тёплым одеялом и открываю шире окно, чтобы свежего воздуха больше. Сам раздеваюсь, проверяю телескопичку, чтобы защёлки не заедали, а потом иду в душ. Хер знает, какой сейчас лучше: горячий, чтобы напряжение с мышц снять, или ледяной, чтобы ещё кое-какое напряжение снять. Она со мной. Моя. И пусть хоть одна тварь отобрать попробует.
Бью сообщение кошачьей Машке. Она хоть и дурочка, но Леру любит, а значит, волнуется.
