Они столкнулись, их поднятые клинки встретились с оглушительным звуком, который имел свои собственные оттенки боли и отчаяния. Почему-то только эти двое дрались на клинках, отбросив лазеры. Каждый маневр был танцем смерти, где удача и мастерство становились союзниками.
Сосредоточившись на каждом своем шаге, я пробиралась сквозь хаос, мое сердце колотилось в унисон с гулом битвы. С каждым убитым вампиром мой разум становился сосредоточенней, а тело отвечало на каждый вызов, словно отточенное оружие, готовое к действиям. Моя коса была вся в крови, как и я, когда наших врагов оставалось уже немного, весь корабль сотряс удар, потом еще один, сильнее предыдущего, от чего мы все повалились на пол."
"Я вскочила на ноги, не понимая, что происходит, что это за удары, которые шли сверху корабля. Раздались еще удары, уже со стороны двери. Но когда сквозь обшивку корабля я увидела косу жнеца смерти, стало понятно, что это, наконец-то, прибыли отцы. Капитан с оставшейся командой тоже поняли это, и поэтому грузовой отсек стал резко и быстро пустеть. Именно в этот момент обшивка корабля была разорвана в двух местах. Первым я увидела огромный кулак отца Гараха, который прошел сквозь метал. Вторым, вырезав себе дверь косой и выбив ее ногой, появился Вилейн в боевом виде.
Вампир, который до это стоял, пошатнулся, ведь жнец, как и положено, явился, источая свою ауру смерти во все стороны. Я подхватила вампира за талию, чтобы он мог удержаться на ногах.
— Дочь! — заорал Вилейн.
— Отец, они убегут, найдите их, они на корабле — это вампиры, живущие в тени! — ответила я, любезностями обменяемся потом.
В этот же момент появились Гарах и Раахат, а сверху через дыру в потолке смотрела сердитая морда золотого дракона. Держа вампира, я чувствовала, как по его телу из порезов течет кровь, и что ему явно нужна помощь.
— Идем, дочь цела! — сказал Вилейн и, махнув Гараху рукой следовать за ним, пошел дальше.
— Маленький ребенок, но такой непоседливый, — сказал Гарах, прежде чем уйти, так же он успел посмотреть на меня, передав взглядом все эмоции, что бушевали в его груди.
— Я тоже люблю тебя, отец! — крикнула ему в след.
— А меня, значит, не любишь? — сложив руки на груди, спросил Раахат.
— Конечно люблю, как ты мог такое подумать, — он подполз и прижал меня к своей груди, но, учитывая, что на моих плечах висел вампир, это было непросто.
— Как же мы за тебя переживали, моя маленькая змейка, — говорил он, гладя меня по голове, и я чувствовала, как заодно он сканирует меня на повреждения.
— Не переживай, у меня только небольшие порезы, а вот этому вампиру точно нужна твоя помощь, — ответила, расслабляясь в объятиях отца.
— Ничего страшного — раз до сих пор не сдох, то может и подождать, — вот тебе и ответ лекаря.