Каждое дыхание, порой тихое и почти незаметное, наполняло комнату особым трепетом. Время в этот момент словно остановилось, даруя мгновение для размышлений о том, что скрыто за этой нейтральной оболочкой. Кто он? Каковы его мечты и страхи?
Его молчание было гипнотическим, как музыка, льющаяся издалека. За стенами этой комнаты город окутался вечерним туманом, но в комнате царил свет, созданный, казалось, только его присутствием. Каждый взгляд на Белора напоминал о чувственности жизни, о том, что порой простое «здесь и сейчас» может быть самым чудесным моментом. Мир за пределами этих стен казался далеким и неважным, лишь призраком, неспособным затмить ту магию, что растворилась вокруг.
В его безмолвии таился призыв. Отчего-то возникло желание разгадать его тайну, узнать, что скрывается за закрытыми глазами и расслабленной улыбкой. Возможно, он был пленником собственных грез, так же, как и все мы, мечтая о свободе, о запредельных горизонтах, где царят яркие краски и запах свежести. Эта мысль наполняла мою душу надеждой и тревогой одновременно.
Этот образ, запечатленный в воздухе, стал важным напоминанием о том, что каждый миг стоит ценить — ведь любая минута в нашей жизни важна, но также она может стать последней. Мне не хотелось больше терять время на размышления, единственное, чего я хотела — это прижаться к такому уже родному боку и уснуть, зная, что он рядом и с нами все хорошо. Как только я прижалась к Ираю и поцеловала его неподвижные губы, я стала проваливаться в сон.
— Ирана, — услышала я тихий шёпот на грани слышимости перед тем, как провалиться в сон."
"Жаль, долго насладиться сном в столь дорогих объятиях мне не дали. А точнее, к нашей компании решили присоединиться, только кровать, как и комната, не были на это рассчитаны. Да и, прежде чем всем лечь спать, они решили поболтать и повыяснять, кто из них имеет право где лежать. Все это я слушала в полусне, и от усталости открывать глаз и прогонять их не было сил, а послушать хотелось.
— Ты что тут делаешь? В квартире же стоит специальная защита, которая блокирует ваши теневые норы! — как змея шипел Лисьэн.
— Что я тут делаю, узнаешь, когда подрастешь, сейчас твоя детская психика может не выдержать. Тоже мне защита, и не стоит, а стояла, я ее отключил на время, — наглость в голосе вампира прям концентрированная была.
— Смотрите, какой сильный взрослый, который потерялся в космосе, а свои же еще, как маленького наказали — отлупили и под замок посадили, — ответил колкостью Лисьэн и стал аккуратно устраиваться за моей спиной.
— А ты чего это рядом с Ираной ложишься?! Тебе кто разрешал? — судя по звукам голоса, вампир сейчас стоял над нами.
— Да не орите, вы Ирану разбудите, она недавно только уснула.