В дни, когда каждый день возвращался как новое разочарование, я глотала сухую боль в горле, стараясь не показать, что она увлажняет глаза. Руслан, мой первый и единственный мужчина, теперь казался холодным камнем на моем пути, застывшим от разочарования после четырех лет брака....
Похоже, «Ты не узнаешь о сыне» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Увидев меня, Маша ринулась ко мне и начала плакать, требовать, чтобы я пообещал никогда ее не оставлять. Для нас с братом она всегда была мелкой, не смотря на то, что уже выросла и стала красавицей. Мы оберегали ее, никому не давали в обиду, старались делать все, чтобы она улыбалась. Я бы и сейчас сделал все, чтобы слезы в ее глазах высохли навсегда, если только бы мог. Но брата вернуть я не в силах. Я прижал ее к себе, ничего не отвечая, а в глазах появилась горькая влага. Сердце рвалось на куски с каждым всхлипом сестры.
Дальше все проходило в каком-то черно-белом сне. Бесконечные звонки с соболезнованиями, визиты родственников, друзей, знакомых и коллег. Арина тоже проявляла участие. Она приехала к матери днем, оставив детей с няней, и помогала всем, чем могла. В день похорон собралось очень много людей, даже тех, кого я никогда не видел, да и не хотел видеть. Больше всего мне хотелось остаться одному, запереться в комнате и взвыть раненным зверем. Такое чувство было не только у меня.
— Я больше не могу, — жалобно простонала Камилла, вцепившись мне в плечо. — Мне плохо."
"Она прикрыла глаза ладонью, склонив голову, и поплыла на ослабевших ногах на землю. Я подхватил ее за плечи.
— Идем, присядешь, — тихо скомандовал я, уводя Камиллу подальше от любопытных глаз. — Ты сегодня ела что-нибудь?
За все время, что я находился в доме родителей, мне ни разу не приходилось видеть сноху за обеденным столом. Она практически не выходила из своей комнаты.
— Кажется, нет…
Под моим суровым взглядом Камилла присела на кованную лавку и как-то горько хмыкнула, бросив взгляд мне за спину.
— Я принесла воды, — услышал голос жены позади себя и обернулся.
— Спасибо, — вяло поблагодарила Камилла, забрав протянутую бутылку минералки.
— Рус, я останусь с Камиллой, — сказала Арина, присаживаясь с ней рядом. — Иди к остальным.
Я с сомнением окинул взглядом обеих, но возражать не стал. Вернулся к родителям, рядом с которыми стоял Роман Стеблин, отец Камиллы.
— Вашей дочери стало нехорошо, — ответил на немой вопрос в его глазах. — С ней моя жена.
Он лишь кивнул, удовлетворившись тем, что та не одна. Отцовскую заботу этот мужчина проявлять не умел. Что от дочери, что от сына он предпочитал откупаться дорогими презентами. Но сейчас его годами выработанная система была бесполезной.
Рядом зашевелилась моя сестра, отпустив руку матери, она негромко сказала:
— Я отойду к ним.
