Автор
Марина и Максим Заботкины наслаждались семейным ужином в своей кухне. Пара уже три года живет счастливой семьей, даже несмотря на трудности со здоровьем. Сейчас они готовы завести детей, но для этого требуется решение некоторых важных вопросов.
Но ведь для того и существуют настоящие мужчины, способные решать эти проблемы?
Папазян явно намекал на себя, но Марина, восприняв его вопрос по-своему, сказала:
– Сейчас это невозможно.
– Материальные трудности? – понимающе продолжил Папазян. – Или что-то иное?
– Почему-то мужчины сразу все переводят на деньги, – скривилась Марина. – А не все ведь ими определяется.
– Вы правы, – согласился Гарик. – Только вот насчет мужчин вы ошибаетесь. Мы бы были рады вообще не заикаться о деньгах, но женщины сами нас вынуждают.
– Женщины бывают разные, – глядя в окно, заметила Марина. – Впрочем, как и мужчины. Каждый человек – индивидуален.
Папазян согласно кивнул и решился на обгон, на всякий случай ударив тыльной стороной ладони по кнопке сирены. Ехавшая по правой стороне дороги «восьмерка» испуганно прижалась к бордюру. К Гарику сразу вернулась былая уверенность, он вспомнил, что, вообще-то, он – капитан милиции и на дороге привык чувствовать себя по-хозяйски.
– Так почему же вы грустите, Марина? – продолжал он. – Посмотрите, какая чудесная погода! Весна-красна! Как там у Пушкина? «Ласточка с весною в сени к нам летит»!
– Это не Пушкин, – заметила Марина.
– Да? – безмерно удивился Гарик. – А кто же?
– Это Плещеев, – усмехнулась Марина, и Папазян заметил некий скепсис в ее голосе, но решил не сдаваться.
– Правда? – ничуть не смутился он. – Ну и пусть будет Плещеев! Главное, что стихи хорошие! А у меня настроение прекрасное.
Для Гарика сейчас все было хорошим и прекрасным, даже с перебором. Он заболтался, вновь проморгал сигнал светофора, и, чтобы не врезаться в затормозившую перед ним машину, резко нажал на педаль. Машина дернулась, девушку по инерции бросило вперед.
– Извиняюсь, – сказал Папазян. – Вот видите, как я на вас загляделся, чуть было не врезался.
– Да уж, – неодобрительно проговорила Марина.
На лице ее вдруг появилась болезненная гримаса.
– Вам плохо? – озабоченно склонился к ней Папазян.
– Да. Извините, нельзя ли окошко открыть?
– Почему же нельзя? Нажмите на кнопку, оно и откроется. Тут все автоматизировано, – с гордостью за свой автомобиль произнес Гарик.
Он обратил внимание, что, несмотря на проникшую в салон струю свежего воздуха, лицо девушки покрылось тусклой бледностью.
